Российские историки пытались убедить европейских коллег, что украинцы заражены «бациллой нацизма»

«Владимир Путин превратил идею фашизма в политический инструмент, и теперь российские историки подстраиваются под линию Кремля», — пишет корреспондент Time Саймон Шустер в репортаже с недавней исторической конференции в Москве.

Пятый ежегодный симпозиум историков из России и Европы прошел на прошлой неделе в Центральном музее Великой Отечественной войны в Москве. «Если не брать в расчет позолоченные залы Кремля и, наверное, расположенные по соседству, на Красной площади, могилы советских лидеров, мало какое место в российской столице вызывает у местных жителей такое же благоговение, — пишет Шустер. — Если бы российский патриотизм был религией, эта огромная отделанная мрамором и золотом ротонда могла бы стать чем-то вроде Храмовой горы, а официальная история Второй мировой войны, которую олицетворяет этот музей, стала бы как минимум частью писания… История советского героизма в той войне до сих пор составляет основу российской идентичности. Но, как и любая другая догма, в устах современных проповедников она оказывается довольно гибкой».

Тон и содержание выступлений российских участников, который нетрудно было уловить и без синхронного перевода, стал неожиданностью для соорганизаторов мероприятия из Западной Европы, рассказывает Шустер. «На фотографиях, которые показывали некоторые из выступавших россиян, зверства нацистских отрядов СС ставились на одну доску с видами нынешней войны на востоке Украины. Российские историки намекали, что особых различий между действиями украинской армии против повстанцев-сепаратистов и зверствами гитлеровских войск во время Второй мировой войны нет».

Корреспондент приводит несколько цитат. Старший научный сотрудник Брянского государственного краеведческого музея Ярослав Трифанков, в частности, заявил: «Фашизм сейчас снова поднимает голову. Марионеточное правительство, подотчетное только Госдепу США, так основательно одурачило, так промыло мозги нашим братьям-славянам в Украине, что они всерьез стали считать себя расой господ». По словам историка из МГИМО Михаила Мягкова, сегодня «из Европы к нам снова приходит нацизм. Бацилла нацизма не уничтожена. К сожалению, помимо других стран, они заразили братскую для нас страну — Украину».

«Такая риторика — назвать ее аргументацией означало бы преувеличить ее связь с действительностью — в последнее время вошла в моду среди российских историков. Согласно их толкованию истории, в ходе украинского конфликта Россия сегодня продолжает борьбу (…), начавшуюся в результате вторжения немцев в Советский Союз в 1941 году. Первым на эту взаимосвязь народу России указал президент Владимир Путин — это произошло в марте, когда он отправил войска для вторжения в принадлежащий Украине Крым для его аннексии… С тех пор его посыл взяли на вооружение практически все отрасли российского государства, от образовательной системы до полиции». То «тревожное» обстоятельство, что теперь этот нарратив поддерживается и российскими историками, «говорит о готовности перетолковать даже самые священные страницы российской истории», отмечает автор.

«По мере того как речи [российских историков] переводили иностранным делегатам, включая гостей из Чешской Республики и Словакии, выражение их лиц менялось от недоуменного к негодующему», — пишет Шустер. Когда дело дошло до принятия итоговой резолюции, директор берлинского музея «Берлин-Карлхорст» Йорг Морре попросил слова и заявил о несогласии с одним из ее тезисов, который гласил: «Перед нашим поколением стоит задача остановить возрождение фашизма и нацизма». Морре сказал: «Стало очевидно, что у нас разные представления о том, что сегодня вкладывается в понятие фашизма. Я не согласен с вашей точкой зрения. Поэтому я прошу убрать эту часть резолюции. Я не хочу ее подписывать, и в этом я не одинок».

После «шумных дебатов» вопрос был вынесен на голосование: «Практически все иностранные участники подняли руки, тем самым выступив за исключение фразы про «возрождение» европейского фашизма. Все российские участники, включая большую группу школьников, которых загнали в аудиторию пятнадцатью минутами ранее, проголосовали за то, чтобы оставить декларацию без изменений. Они были в явном большинстве, так что перевес оказался на стороне устроителей конференции — это была маленькая, но красноречивая победа российского ревизионизма».

Источник: Time

Перевод: Инопресса