Имперский идиотизм. Как Путин стал союзником Украины

Виталий Портников

журн

Заявление бывшего депутата Государственной Думы России Дениса Вороненкова о том, что советник президента Путина Владислав Сурков выступал против аннексии Крымского полуострова стало настоящей сенсацией не только для украинских, но и для российских наблюдателей.

Как это могло быть, что «куратор Украины» в российском руководстве не выступал за отторжение части территории Украины? Неужели Сурков — тайный друг Украины?

Хотел бы успокоить как украинских недоброжелателей, так и российских друзей Суркова. Он никакой не друг Украины. Он — самый настоящий враг. Но умный и предусмотрительный. Именно этими качествами он и отличается от «хозяина».

Именно Сурков обеспечивал практическое осуществление операции по отделению Крыма — координировал политические усилия, создавал платформу поддержки оккупации на самом полуострове, договаривался с будущими «руководителями» Крыма или запугивал их.

Но Сурков делал это вовсе не для того, чтобы Крым стал частью Российской Федерации. Полуостров должен был превратиться в ловушку для Украины, самопровозглашенное государство при российской поддержке.

Это и был бы главный сигнал Украине и Западу — после Майдана отделился Крым, на очереди — другие регионы страны, которые выступают за дружбу с Россией, за русский мир. И отделение Крыма вовсе не должно было стать окончанием операции. В Харькове соратник Суркова Борис Раппопорт активно работает над проектом «Новороссии» — еще одного самопровозглашенного государства.

Ее отделение должно пройти по сценарию Крыма — «народ Новороссии» точно также хочет освободиться от «украинского гнета», как «народ Крыма». И в этот момент, когда Украинское государство гибнет, на сцене появляется он. Не Сурков, конечно. Путин. И переучреждает Украину на федеральных основах.

Давайте просто представим себе, что план Суркова воплощён в жизнь.

Крым — никакой не федеральный округ, а «независимая республика». Россия признает его частью Украины, но заявляет, что территориальная целостность соседней страны может быть восстановлена только если «узурпаторы в Киеве» «услышат Крым».

В это время схожие процессы начинаются на востоке. Их участники выступают вовсе не за отделение от Украины и присоединение к России, а за то, чтобы их тоже услышали. Запад давит не только на Россию, от которой требует перестать поддерживать мятежников, но и на Украину, которая должна наладить эффективный переговорный процесс с жителями мятежных регионов.

Нарушения международного права со стороны России нет. Санкции против нее тоже не вводятся, а если и вводятся — то очень ограниченные. Просто давайте вспомним санкции, которые ввели против России когда она аннексировала Крым — и представим себе, что бы было если бы она его формально не аннексировала.

Путин своим стремлением стать «собирателем земель» спутал карты вменяемой части своего окружения. Окружение хотело держать Украину на крючке, а Путин считал, что никакой Украины нет и достаточно одного его слова, чтобы «искусственное государство» исчезло с карты.

Он просто не понимал, чего хочет Сурков. При этом я даже не буду утверждать, что именно Сурков. Я просто хочу зафиксировать, что такая позиция — «независимый Крым» — в российском руководстве была, была превалирующей и была изменена за 24 часа единоличным решением Путина.

Таким образом, вся ситуация была развернута на 180 градусов. Был послан совершенно другой сигнал Западу. Путин никак не мог считаться посредником, даже когда он пытался имитировать эту роль на Донбассе. К тому же Россия стала нарушителем международного права — и это не могут отрицать даже ее западные доброжелатели. «Второй Грузии» не получилось.

Был послан совершенно другой сигнал Донбассу.

Когда начала разворачиваться операция на востоке Украины, сторонники Москвы рассчитывали, что регион будет присоединён к России по примеру Крыма. Им даже в голову не происходило, что присоединение Крыма — не закономерность, а случайность.

Именно поэтому неопределенность статуса Донбасса загнала в ловушку не только Украину, но и Россию. Россия не может позволить себе долго оккупировать Донбасс, так как несоответствие ожиданий и реалий создает напряженность у ее собственных границ.

Но самое главное — был послан совершенно другой сигнал Украине.

Украинцы вначале с определенным непониманием следили за тем, что происходило в Крыму. Многие помнили, что  жители полуострова всегда отличались пророссийскими взглядами и готовы были поверить, что «крымская весна» — это естественная реакция на Майдан.

Такая вера, к тому же подогреваемая пропагандой, могла создать неплохую почву для «национального примирения» при московском посредничестве. Но когда Путин решил присоединить Крым, сомнения исчезли: эта — оккупация. Причем исчезли не только в Киеве или Львове, но и в Днепре или Одессе. Так началась Отечественная война украинского народа против врага.

При этом — что тоже нужно заметить — риторика российских властей и пропаганды не изменилась. Россия — не участник конфликта, федерализация, изменения в Конституции — все это было заготовлено еще до решения Путина. И когда российские руководители продолжили повторять эти тезисы после аннексии Крыма, они сами не заметили, что выглядят смешно.

Потому что нельзя одновременно требовать от страны изменений в Конституции для обеспечения прав «русскоязычного населения» и признания того, что один из регионов, населенный именно этим населением, присоединён к другой стране. И не просто к другой стране, а к стране, которая все это требует.

Можно любить или ненавидеть Владислава Суркова, но нельзя не признать, что он — как и многие другие представители российского руководства — действует в имперских интересах своего государства. Наша удача в том, что Путин действует вопреки этим интересам.

Если бы я не знал его биографию, то подумал бы, что российский президент действительно завербован чужими спецслужбами. Потому что каждое его действие — с тех пор, как он освободился от опеки «кураторов» из окружения Ельцина — загоняет Россию в ловушку, из которой ей уже не выбраться. Мне иногда даже кажется, что историки будущего станут считать Путина президентом Украины или Китая, а не России.

Почему он так себя ведет? Конечно, не потому что завербован. У него столько денег, что он сам может завербовать половину Запада — пусть даже не лучшую половину.

Все дело в том, что президент России давно живет в сумеречном мире, который я бы  охарактеризовал как «мир князя Владимира» — киевского князя, разумеется.

Именно жизнь в этом мире, из которого сознанию Путина уже не выбраться, и толкает российского президента на необдуманные поступки, которые приводят к катастрофическим последствиям для его страны.

Владислав Сурков, если и выступал против аннексии Крыма, оставался нашим коварным врагом. Владимир Путин, который принес нашей стране столько горя и является виновником гибели сотен тысяч украинцев, остается нашим объективным союзником.

Погубить государство-агрессор может только он.