Монументальная пропаганда кровопийц

Павел Проценко, советский диссидент, российский писатель и публицист

Глядя на нынешнюю российскую политику, обыватель невольно начинает думать о хаосе, непрерывно врывающемся в его жизнь откуда-то сверху.

В первый рабочий день после майских праздников по каналу «Подмосковье 360» лощеный субъект сообщил телезрителям, что главное в его деятельности — объединять подведомственный народ, и потому он не допустит ничего, что может народ разъединить. Как ни удивительно, речь шла о прожекте администрации подмосковной Рузы открыть в городе памятник Ивану Грозному. Выступавший — Максим Тарханов (р. 1978 г.), руководитель Рузского городского округа, недавно созданного в рамках административной реформы, насаждаемой губернатором Воробьевым.

В феврале этого года пресс-служба администрации Рузы озвучила намерение возвести в городе монумент Ивану Грозному, который «авторы постараются сделать добрым и семейным». Для этого рядом с изваянием царя поставят фигуры его первой жены Анастасии и детей, Ивана и Федора.

Позиция Тарханова по вопросу памятника, как флюгер, отражает веяния, идущие сверху. Он так глобально определил свое отношение к отечественному начальству всех времен: «Все правители такой огромной страны, как Россия, являются значимыми историческими личностями. И каждый внес свой вклад в ее величие». То же говаривал, помнится, еще Павел Бородин в бытность свою главой управделами президента. Нынче эта идея популярна у всего сонма руководящего класса РФ. Заставляя его вольно или невольно соотносить Грозного с образом другого вождя, пламенного грузина. «Если бы не было Сталина, мы бы не выиграли войну», — вещает тот же Тарханов.

Поначалу местное начальство мотивировало свою затею поднявшимся значением Рузы в период включения ее царем в опричнину. Затем этот сомнительный аргумент заменили не менее странным — предполагаемым посещением Иваном Грозным города во время его частых паломничеств в Можайск. Факт посещения царем Рузы нигде не зафиксирован. Но так как, по признанию чиновников, «традиционно Иван Грозный воспринимается как тиран и противоречивая личность», то планам по его монументальному прославлению пришлось срочно подыскивать другое обоснование. Нынче Тарханов ссылается на необходимость привлечения туристов, чему и должен послужить памятник семье Грозного, который хотят возвести на некогда Соборной площади (теперь площадь Партизан).

Что же будет символизировать этот монумент, если его возведут?

Карамзин писал, что смерть первой жены Грозного, Анастасии (7 августа 1560 г.), стала роковым рубежом: «Здесь конец счастливых дней Иоанна и России». Да, 13 лет совместной жизни несколько смягчили царя, который еще в подростковом возрасте наводил страх на окружающих своими садистскими наклонностями в отношении животных и способностью затравить до смерти не только тварь бессловесную, но и провинившихся сверстников. Анастасия Романовна, выйдя замуж лет в 15, быстро потеряла здоровье из-за частых родов и нервной обстановки. Ее муж проводил время в поездках по монастырям, а также «потехах» (охота) и «по селам прохладиться». С ним постоянно находилась жена и дети (невзирая на увещания приближенных). Во время одного из паломничеств первый сын, Димитрий, был уронен нянькой в реку Шексну и утонул. Двух других сыновей, изваяния которых рузское начальство желает видеть рядом с родителями, ожидала нелегкая судьба. Сына Ивана Ивановича в гневе убил отец. (Факт убийства по неосторожности неоспорим.) Сын Федор родился слабоумным и впоследствии на нем пресекся род Рюриковичей.

Через неделю после смерти супруги «безутешный» царь «согласился» на нижайшую просьбу митрополита Московского и бояр вновь жениться. Судя по замечанию летописца, просьба была вызвана неуемным прелюбодейством Ивана.

Замысел памятника «доброму семейству» станет по существу монументом несчастному семейству, младшие члены которого также оказались жертвами тирана и своей волей или, скорее, безволием привели Русь к разорению и на грань гибели.

Рузский начальник Тарханов надеется, что с помощью бронзовой скульптуры в Рузе будет предложено «новое прочтение» личности Грозного и тот предстанет перед нынешними россиянами уже не как злодей, а как примерный семьянин. Наша история нынче стала игрушкой в руках исторических реконструкторов. В случае же с Иваном Грозным подобное прочтение прошлого способно лишь представить его в свете анекдота. Ведь отношение к создателю опричнины как к супостату выработалось еще в современном ему русском обществе, а затем было воспринято последующими поколениями, заложив многовековую традицию морального неприятия диктатуры.

Исполнителем проекта должен стать небезызвестный скульптор Олег Молчанов, в прошлом году создавший другой, скандальный, монумент Грозного в Орле. Организатором же всего мероприятия выступает сити-менеджер Тарханов, пользующийся активной поддержкой давнего почитателя Грозного и предпринимателя Василия Бойко-Великого, чей агрохолдинг «Русское молоко» расположен на территории Рузского округа. В свое время об этом православном бизнесмене рассказывало центральное телевидение: на публике он любит появляться в одежде опричника, рабочие, устраивающиеся на его предприятия, должны соблюдать некий «православный кодекс» и дресс-код. Со второй половины «нулевых» и до 2015 г. бизнесмен находился под следствием по обвинению в мошенничестве (в 2016 г. дело прекратили, продолжая расследовать лишь один эпизод).

21 марта именно фонд, созданный Бойко-Великим, арендовал лекторий в московском Историческом музее, где администрация Рузы устроила «круглый стол» по Ивану Грозному.

Отстаивать идею возведения очередного монумента пришла целая команда, среди которой такие давние поклонники царя, декларативные монархисты и патриоты, как духовник Союза русского народа игумен Кирилл (Сахаров), народный артист РФ и член Главного совета того же союза Александр Михайлов, разные сочинители исторических трактатов в третьесортных листках.

В лекторий удалось просочиться и их оппонентам, представителям реальной исторической науки, среди которых профессор РГГУ Константин Ерусалимский и краевед Наталья Иванова, а в числе общественников – выпускник Историко-архивного института протоиерей Олег Митров. О самой дискуссии можно найти материалы в Рунете, и ее нет смысла здесь воспроизводить. Стоит лишь упомянуть, что только противники прославления Грозного владели на должном уровне фактическим материалом.

Скажем о главном. Макет памятника в Рузе существует пока лишь в пластилине. Зато в марте 2017-го в г. Александрове Владимирской области появился бронзовый трехметровый памятник царю, временно поставленный у гостиницы «Конгресс Александров». 29 апреля намечалось официальное его водружение на берегу реки Серая в виду бывшей Александровской слободы, печально прославившейся в XVI в. столицы опричнины. Неожиданно за семь дней до открытия памятник исчез — в неизвестном направлении увезен на самосвале представителями местной администрации. Той самой, что несколько лет в сотрудничестве с фондом «сохранения культурного наследия “Русский Витязь”» (в число учредителей которого входят ветераны спецслужб) вынашивала идею сооружения памятника. На его открытие должны были, согласно планам руководства «Витязя» и чиновников, прибыть все те же Бойко-Великий, артист Михайлов, а также советник президента РФ по культуре Владимир Толстой.

Что-то вдруг у организаторов не срослось.

Срастется ль в ближнем будущем? И что будет с таким же памятником в Рузе (где решение вопроса пока отложено на осень)? И не водрузят ли очередного Грозного в Москве (как это вдруг в начале мая сделали с портретом его большого почитателя, Иосифа Усатого, у входа на станцию метро «Сокольники»)? Перед нами настойчивые долговременные попытки реализовать некий план по монументальной пропаганде отечественных тиранов, соревновавшихся друг с другом в количестве пролитой крови невинно убиенных. К плану этому подключаются губернаторы (как орловский губернатор Вадим Потомский, в сознании которого Грозный правил в Петербургскую эпоху), министр культуры Владимир Мединский (считающий, что Иван IV был не столь жестоким, как его западные коллеги), районные начальники, «патриотические» и «благочестивые» фонды с неясными целями в своем уставе. И все это — во имя чего? Славы Герострата на весь мир? Опустошения душ собственных граждан и молодых поколений, в назидание которым родные просторы норовят украсить образами воплощений исчадий ада из нашей истории?

А может быть, те, кто санкционирует такую монументальную пропаганду в отечестве, придут в себя и упразднят наконец это позорище? Займутся делами насущными: дорогами, дураками, здравоохранением…