Порошенко и наполеоновские амбиции

Украинская революция пока последняя и одна из самых успешных в череде народных восстаний против автократий, которые начались в конце 2010 г. в Тунисе и получили название четвертой волны демократизации.

Главная особенность восстаний – борьба не с монархией или диктатурой, как было раньше, а со специфическими гибридными режимами – электоральными автократиями, где за фасадом формально конкурентных выборов скрывался авторитаризм. Таким режимам свойственная особая внутренняя устойчивость и способность к регенерации. «Глубинное государство» в таких системах живуче и после нескольких месяцев революционного шока начинает восстанавливать свои повреждённые ткани, если ему не помешать. Поэтому первой и главной задачей революционных властей является не допустить сборки осколков старого режима и заставить административный аппарат работать на цели революции, а не на восстановление комфортного коррумпированного бытия.

Первопроходцы четвёртой волны, Тунис и Египет, уже прошли этап ломки старой системы и строительства основ государства на новой по-настоящему демократической основе. В Тунисе эти попытки удались, а в Египте привели к контрреволюции и тяжёлому поражению революционеров. Поскольку и свергнутые режимы были типологически близки, и способы их свержения, есть резон обратиться к опыту этих стран, пока не поздно. Потому что формирование парламента – один из ключевых моментов революции, после которого мало что можно будет изменить.

Динамика рейтингов партий и блоков Украины за последний месяц приводит политологов к выводу, что вероятен сценарий, когда Блок Петра Порошенко сможет формировать правительство единолично. Возможно, кому-то кажется, что это лучший вариант, ведущий к стабилизации новой системы и дающий возможность для лёгкого проведения в жизнь необходимых реформ. Но на самом деле истории Туниса и Египта показывают: если вы хотите сохранить завоевания революции и не позволить отката к более уродливой версии старого режима, такого сценария ни в коем случае допускать нельзя.

Революционные силы смогли удержаться у власти в Тунисе по двум основным причинам. Во-первых, ещё до парламентских выборов октября 2011 г. был принят закон о люстрации, по которому от участия в гонке были отстранены функционеры бывшей партии власти (естественно, к тому времени ликвидированной).

И самое важное: была разработана система распределения мест в парламенте между партиями и блоками, которая ни при каких итогах выборов не позволяла победителю формировать правительство в одиночку. Поэтому умерено-исламистская партия «Нахда», выиграв выборы, вынуждена постоянно искать компромиссы со сторонниками светского пути развития – либералами и социал-демократами. Естественно, такая система стала реальностью благодаря доброй воле руководства «Нахды», понимавшего, что перед угрозой контрреволюции личными амбициями лучше пренебречь.

В силу этих институциональных реформ все силы, которые выступали локомотивами свержения режима Бен Али несколько лет назад, разделили полномочия и ответственность в новой власти, объединившись против осколков старой системы. И пока побеждают. Потому что даже если на следующих выборах победит партия «осколков» — а такая уже есть и имеет хорошую социологию – и ей придётся формировать правительство при участии всех сил, прошедших в парламент.

В Египте политическое крыло Братьев-мусульман, заведомый фаворит избирательной кампании осени 2011 г., после нескольких вялых попыток блокирования со светскими силами предпочло стать единственным триумфатором выборов. В парламенте, для упрочения своего могущества, они организовали коалицию не со светскими партиями, которые были первой и одной из главных движущих сил Тахрира, а с реакционными фундаменталистами из партии «Нур». Про люстрацию благополучно забыли.

Результат этой стратегии натиска печален. Светские силы, имеющие большую поддержку в мегаполисах, чувствовали себя обманутыми и потому пошли в объятья «глубинного государства» в лице военных и спецслужб, ибо те тоже вроде против исламского тоталитаризма. Последовали массовые выступления сторонников светского пути, на фоне которых был организован военный переворот 3 июля 2013 г. Итог: запрет организации Братьев-мусульман, массовые репрессии и убедительная победа главы хунты на «свободных выборах» с показательным результатом 96,91 % голосов. Революция повержена, весна сменилась зимой.

То есть, если возвращаться к Украине, самой большой опасностью для Порошенко сейчас является Блок Петра Порошенко. Если БПП будет единолично формировать правительство, третий майдан – скорее всего, в виде вооружённого восстания — более чем вероятен. А дальше, на фоне дестабилизации, возможны любые мрачные сценарии.

Опыт Арабской весны показывает, что революция была успешна только там, где худо-бедно смогли: 1) выработать институциональный консенсус между крупными прогрессивными силами и 2) отодвинуть от принятия решений осколки старого режима.

Список Блока Порошенко не является консенсусным. При получении БПП большинства в парламенте и единоличном формировании правительства другие силы революции перестают быть заинтересованы в этом парламенте, правительстве и президенте. Не допустить контрреволюцию и удержать единство при таком варианте можно будет только через широкую децентрализацию, и то временно.

Поэтому главная задача для очевидного фаворита гонки не нестись к катастрофическому парламентскому большинству, а наступить на горло наполеоновским амбициям и срочно искать конфигурацию, которая устроит остальные силы революции по меньшей мере еще на несколько лет.

Елена Галкина

НВ