Смирительная рубашка не избавит Путина от психического недуга, но защитит окружающих

Семен Новопрудский, российский журналист

После новых санкций США — первых против фигурантов “кремлевского списка” — Россия внезапно вернулась в декабрь 2014 года. Сейчас, как и тогда, рубль за пару дней потерял к доллару и евро более 10%. Причем нынешнее падение произошло на фоне рекордно высоких за последние три года мировых цен на нефть. Россия загнала себя в стратегический тупик, из которого у нее два выхода: большая война (в более мягком варианте: постоянный шантаж Запада большой войной) или ползучая капитуляция. Поэтому путинский режим становится опасным для мира как никогда, а новые экономические санкции против ключевых фигур российского власти и бизнеса — лучшей смирительной рубашкой для обезумевшего (в буквальном, не метафорическом) смысле слова диктатора. Об этом пишет автор на сайте «Новое время».

Почему новые американские санкции вызвали обвал сначала фондового, а потом валютного рынка в России? Ведь США и раньше вводили санкции против некоторых российских бизнесменов и политиков, а также против крупнейших российских компаний. Изменилось вот что: это первые санкции против фигурантов “кремлевского списка”, в котором значится практически вся российская политическая и бизнес-элита. Причем у списка есть и закрытая часть: то есть те, кто не вошел в открытую, не могут быть уверены, что “их там нет”. Кроме того, эти конкретные санкции введены не только против компаний двух олигархов, чей бизнес существенно завязан на американском рынке,— Олега Дерипаски и Виктора Вексельберга. Не менее важно, что под санкции попали высокопоставленные российские силовики, в частности министр внутренних дел РФ Владимир Колокольцев и, что особенно показательно, глава Росгвардии Виктор Золотов. Это реально один из трех-четырех самых влиятельных людей в России, близких лично Путину.

К тому же для любых иностранных инвесторов, желающих иметь дело с американским рынком, остающимся наряду с китайским самым большим в мире, теперь токсичными становятся не только прокремлевские олигархи (а других в России, естественно, давно нет), но и сама российская власть. И если дан ход первым санкциям против фигурантов кремлевского списка, это автоматически превращает всех остальных в потенциальную мишень для подобных мер.

Трудно поверить, что всего год с небольшим назад, сразу после победы Дональда Трампа на президентских выборах в США, власть РФ на полном серьезе надеялась на раскол евроатлантического единства и смягчение, если даже не отмену санкций. Теперь очевидно, что санкции и постепенное экономическое удушение путинского режима, не занимающегося своей страной в угоду геополитическим имперским амбициям, становятся главным элементом стратегического сдерживания России. Несмотря на агрессивную российскую риторику в духе “нас не запугаешь”, “с Россией нельзя разговаривать на языке ультиматумов”, сама Россия сделала единственно возможным именно такой язык.

При этом на руку Москве будет обострение отношений между Китаем и США. Отношения этих стран вообще становятся главным сюжетом мировой политики, каковым после Второй мировой войны были отношения СССР и США. Но находящаяся в стадии стабильного нарастающего экономического угасания Россия в гео­политических битвах США и Китая в лучшем случае может рассчитывать на роль сателлита Китая — никакой самостоятельной роли в этом конфликте Москва играть не сможет. А вот вмешиваться в чужие выборы или устраивать провокации с мировым резонансом — сможет и, скорее всего, продолжит. Парадоксальным образом — что показывают истории вроде отравления Скрипалей — Россия начинает действовать, как международные террористические организации. То есть пытается влиять на мир точечными резонансными преступлениями.

К слову, РФ будут стараться постепенно выдавливать из всех конфликтов, где она хочет играть роль мировой державы. И предстоящая встреча в Ахене лидеров ФРГ, Франции и Украины без России показательна именно как прецедент. Москва хотела, чтобы ее боялись по‑настоящему,— она это получила.

Однако проблема в том, что в России исторически крайне низка цена человеческой жизни. Зато политические амбиции напротив чрезвычайно высоки. Путин в этом смысле в эскалации полномасштабной войны не связан ничем, кроме, возможно, собственных страхов. Количество человеческих потерь среди россиян его явно не испугает. В такой ситуации задача санкций — не столько смена российской власти путем заговора элиты, которую путинская политика будет неуклонно разорять, сколько ограничение возможностей России по организации гибридных войн и провокаций по всему миру.

Смирительная рубашка сама по себе не в состоянии избавить от психического недуга. Однако без нее больной может принести много вреда не только себе, но и окружающим.