Турецкий гамбит Эрдогана

Дмитрий Спивак

Политик, общественный деятель

Что такое гамбит в шахматах? Это классическая ситуация, когда для достижения скрытой цели и обострения игры, жертвуют пешкой или легкой фигурой. Тоже самое и в политике. Законы жанра неизменны. Для обострения ситуации и усиления влияния на территории, можно делать обходные маневры с видимой, но мнимой потерей каких-либо позиций. Зато, с далеко идущими планами.

Конституционный Референдум в Турции стал для всех неожиданным турецким гамбитом имени Эрдогана. Хотя, ничего неожиданного для опытных игроков не произошло. Будучи де-факто жестким авторитарным правителем, Реджеп Эрдоган, заручившись поддержкой чуть более 51% своих избирателей, оформил этот статус де-юре. Так и вижу, с какой белой завистью смотрят на подобные действия наши политики. Их очень тяготит игра в демократию.

Итак, чем же пожертвовал нынешний глава Турции для достижения своей цели? И каковы его реальные цели? Прежде всего, следует отметить, какие именно изменения приняли на Референдуме. Упраздняется правительство, и Президент получает все рычаги управления исполнительной и судебной властью, наряду с армией и всеми спецслужбами. Эрдоган становится совершенно легитимным единоличным правителем, способным на подавление любого сопротивления внутри собственной страны. Тем более, имея все задатки диктатора. Для чего ему это понадобилось? Чтобы развязать себе руки на внешней арене.

Судя по всему, Эрдоган претендует на роль регионального лидера.

И его мало интересуют возможные имиджевые потери в глазах радетелей за демократию. Ничего особого он не потерял. Немного отдалил время вступления Турции в ЕС и охладил свои, и так непростые, отношения с некоторыми лидерами демократической Европы. Зато он приобрел не просто власть, а легитимизацию своих будущих стратегических решений на международной арене. И решений, достаточно жестких, и не всегда положительно воспринимаемых не только противниками, но и партнерами Турции.

Можно смело говорить о том, что между европейской демократией и исторически традиционными склонностями к авторитарному правлению, современная Турция выбрала второе. Безусловно, Турция остается светским государством, однако некоторые вкрапления современного исламизма в ней присутствуют. Тем более, что все знают идеологические наклонности самого Эрдогана. В общем, можно констатировать, что на одного законного диктатора на континенте стало больше. Причем, диктатора при видимом демократическом устройстве государственного управления. Кстати, не знаю, чему так радуются украинские политики и эксперты, ведь Реджеп Эрдоган по степени своей непредсказуемости и политического авантюризма немногим поступается таким деятелям, как Путин. В Москве тоже любят бравировать демократическими нововведениями, типа «оппозиционера» Навального или каким-либо «почти открытым» СМИ.

Там даже понятие такое ввели, как управляемая демократия…Так что, у них много общего.

И амбиции сегодняшней Анкары говорят о том, что Турция хочет играть главенствующую роль в решении ряда конфликтов на Востоке. В том числе, в Сирии, и на границе Израиля и Палестины. Недурно, правда? Более того, Украина может, конечно, рассчитывать на дружеские отношения с Эрдоганом, и на то, что тот окажет реальную поддержку в противостоянии с Москвой. По крайней мере, политическую. Однако, не стоит обнадеживаться. Мне представляется, что Турция, скорее найдет точки соприкосновения с Россией в новых реалиях. А еще захочет продемонстрировать новому хозяину Белого дома свою позицию. Занимая очень выгодное географическое положение, и находясь на перекрестье многих политических интересов, Турция стремится стать реальным участником, а не просто наблюдателем, этих процессов. Политических, военных, экономических.

Теперь же, используя свою, почти неограниченную власть, Реджеп Эрдоган сможет смело идти на разные авантюры, откровенно пренебрегая некоторыми устоявшимися догмами.

В этом, они настолько схожи с хозяином Кремля, что уже имели возможность продемонстрировать друг другу свои качества и обменяться «любезностями». Поиграть мускулами, так сказать. Причем, скорее на публику. У Турции сегодня очень серьезный военный потенциал, а потому Эрдоган стал все чаще идти на откровенно рискованные действия. Без особой оглядки по сторонам. Помните сбитый самолет? А последующие заявления, которые запросто могли привести к непредвиденным последствиям. Правда, после этого, обе стороны сделали все-таки шаг назад. Даже публично заявили о примирении. Эрдоган показательно пошел на это. В ряде аспектов ему нужен этот Союз с Путиным. Да и экономически есть некоторая зависимость. Однако, в последнее время, на фоне событий в Сирии, Эрдоган вновь нарушил договоренности с Путиным, которые, безусловно, были.

Есть еще одно стратегически важное направление – американское.

Что касается отношения Трампа и его новой Администрации к полноценному участию Турции в геополитических раскладах на Ближнем Востоке, то мне представляется, что Президент США не готов к этому и, навряд ли, найдет общий язык с Эрдоганом. Вашингтон всегда относился к Турции, как к младшим партнерам, зачастую без права голоса. Такова была стратегия Америки в том регионе. Тем более, что Турция всегда считалась «своей», проамериканской и НАТОвской страной с неустойчивой экономикой и неустойчивой конструкцией власти. Россия, Китай, Израиль, Сирия — вот основные факторы влияния в том регионе, которые всегда интересовали и беспокоили Вашингтон. Сегодня же, особенно после результатов референдума, Реджеп Эрдоган открыто оглашает миру о том, что его более не устраивает роль наблюдателя и он готов на самостоятельные шаги по отношению к тем, кто, по мнению Президента Турции, не хочет учитывать его интересы.

Таким образом, можно смело говорить о том, что обычный конституционный референдум в Турции будет иметь далеко не внутренние последствия, и полку авторитарных правителей прибыло. И этот факт не может прибавлять оптимизма

Нестабильная Европа и взрывоопасный Ближний Восток — это серьезно. Соседи у Украины, прямо скажем, мало прогнозируемые. Лукашенко, Путин, Назарбаев, Алиев, Эрдоган. А, учитывая, что и Вашингтон еще не сформировал свою стратегическую позицию в отношении Киева, да и Дональд Трамп не изменил своего стремления заключить с Путиным Большую сделку, можно констатировать, что у нас остается не так много времени и возможностей для собственного Европейского прорыва. По-разному могут сложиться геополитические расклады в ближайшее время. По-разному могут попытаться использовать Украину. А потому, нашей стране необходимо пересматривать некоторые аспекты своей международной политики. Постоянные стенания и мольбы о помощи на фоне слабого институционального развития и тотальной коррупции во власти могут лишь разозлить наших западных партнеров и отвернуть от нас. А это будет означать, что мы останемся один на один с многими вызовами и соседями, которые воспринимают лишь силу и способность принимать непопулярные решения. С сильными они готовы договариваться. Слабым они будут диктовать свои условия. Выбор за нами.