Борьба с «бандеровской идеологией»: в Польше рассказали, как на самом деле относятся к этому

Павел Боболович, польский журналист

Польский президент Анджей Дуда в начале февраля подписал поправки к скандальному закону об Институте национальной памяти Польши, которые предусматривают уголовную ответственность, в частности, за отрицание преступлений украинцев против поляков во времена Второй мировой. После президент попросил Конституционный суд Польши проверить отдельные статьи, которым вменяют несоответствие Конституции страны, в том числе касательно украинских националистов. Об этом пишет автор на сайте «Апостроф».

Тему скандальных изменений в законодательство, вызвавших негодование в Украине, поднимали уже на самом высоком уровне – президент Петр Порошенко на встрече с премьер-министром Польши Матеушем Моравецким в Мюнхене призвал польское руководство воздержаться от шагов, которые могут поставить под угрозу успехи в двустороннем диалоге по историческим вопросам.

Какой была реакция польского общества на принятые законодательные изменения, какие моменты являются наиболее спорными и какого решения следует ожидать от Конституционного суда Польши.

Прежде всего следует сказать, что это лишь дополнения, изменения к закону «Об Институте национальной памяти» в определенной части – той, которая касается видения Польши и фальсифицирования польской истории. Больше всего волнений в польском обществе и политикуме вызвала реакция на этот закон не со стороны Украины, а со стороны Израиля, Германии и США. Целью закона было запретить употребление очень распространенной в мире фразы, которая очень вредна для поляков и не соответствует историческим фактам, – о «польских концлагерях». Эта фраза касается немецких концлагерей во время оккупации Польши. И понятно, что называть их польскими концлагерями ошибочно.

Но в изменениях к закону нашлось и очень много других фраз, в том числе связанных с Украиной, которые действительно вызвали волнение, удивление или вообще непонимание у людей, которые разбираются в проблематике. Возможно, не в обществе, потому что оно, конечно, не до конца разбирается в деталях.

Прежде всего там говорится о преступлениях украинских националистов. Очень интересно, что написано, в каких годах они происходили: 1925-1950 годах. Даже для людей, которые хотят ответственности за убийства, за геноцид на Волыни, которые говорят об ответственности украинских националистов за Волынскую резню, непонятными являются эти даты. В 1925 году работало и нормально функционировало польское государство – Вторая Речь Посполитая, в которой нормально функционировало законодательство. На основании того законодательства привлекались к ответственности украинские националисты, сам Степан Бандера также попал в польскую тюрьму на основании польских законов, которые в то время действовали. Непонятно, почему сейчас Польша должна заново привлекать к ответственности людей, которые тогда были ее гражданами. Хотя и понятно, что такое привлечение к ответственности будет больше символическим, поскольку этих людей в живых уже нет.

Это одна из вещей, которые вызывают недоумение. Вторая, которая даже впечатляет, это то, что закон касается Польши во время Второй мировой войны. Понятно, там идет речь о нацистах и коммунистах. Польша, как и Украина, была жертвой двух тоталитарных режимов, никто этого не отрицает. Но в этих поправках к закону упомянута только одна нация: речь об украинцах. И это должно вызывать возражения, ведь немцы даже не упомянуты. Попытка поставить в один ряд ответственность немцев, коммунистов и украинцев за Вторую мировую войну – это ужас, это вообще непонятно и недопустимо. Даже если события на Волыни в 1940-х годах были геноцидом, ответственны за который украинские националисты. Вот это возложение ответственности на украинскую нацию как раз стало одним из моментов, из-за которого многие эксперты и польские ученые сказали, что это непонятно и неправильно.

Также есть еще одна очень важная вещь: можно ли будет в связи с новым законодательством нормально проводить научные исследования, заниматься художественной деятельностью, писательством, будут ли иметь возможность работать с этими темами журналисты и публицисты, в чем я сам заинтересован. Эксперты говорят, что фактически существует угроза для людей, которые хотели бы заниматься этим, потому что предусмотрена уголовная ответственность для лиц, которые преуменьшают ответственность тоталитарных режимов и украинских националистов за преступления, совершенные в 1925-1950 годах, и для людей, которые фальсифицируют историю.

Эти положения закона вызвали также реакцию президента, что очень важно. Анджей Дуда подписал закон, но сразу подал часть положений на рассмотрение Конституционного суда, который должен решить, соответствует ли закон польской Конституции. В обращении президента в Конституционный суд говорится, что отдельные статьи закона, в том числе об ответственности украинских националистов, не соответствуют Конституции. Закон может начать работать, но если Конституционный суд примет решение о неконституционности закона, наиболее контроверсионные и важные положения не будут работать. А тогда не будут иметь смысла и все эти поправки в целом.

Есть вопрос, почему вообще были внесены эти изменения, почему именно сейчас. Известно, что над ними работала группа депутатов, прежде всего очень активно работали депутаты из партии «Кукиз’15», которая впервые после 1989 года завела в польский Сейм националистов. Казалось, что эта работа может быть долгой и что она вообще может не завершиться голосованием Сейма, но произошло это очень быстро. Можно пытаться связать это с политической ситуацией, которая сейчас есть в Польше, с различными противостояниями внутри правящей партии «ПиС», борьбой за поддержку избирателей.

Так или иначе, не уйдешь от ощущения, что эти изменения в законодательство действительно связаны с внутренней политикой, но никто не продумал, какими будут последствия во внешней политике. А можно было это легко предугадать: достаточно прочитать протоколы заседаний комитета юстиции Сейма, который разрабатывал эти изменения. Там присутствовали люди, которые называют себя экспертами. Например, профессор Партач и профессор Осадчий, которые были сторонниками этих изменений. Осадчий – это человек, который родился в Советском Союзе на территории Украины. Он долгое время был гражданином Украины и как гражданин Украины приехал в Польшу, а сейчас говорит, что он – польский историк. Осадчий не скрывал, что изменения связаны с увеличением присутствия украинцев в Польше, людей, которые работают в Польше. Он видит угрозу «бандеризации», влияния на польское общество.

Понятно, что это никак не соответствует действительности. И об этом очень интересно говорит профессор Журавский вель Граевский, один из очень сильных критиков этих изменений к закону и бывший советник министра иностранных дел, историк и специалист по восточной политике Польши: он считает, что эти изменения вообще противоречат польскому законодательству и восточной политике Польши, что они опасны, а люди, которые над ними работали, вообще не должны попасть в Сейм.

Если же говорить о дальнейшей судьбе изменений к закону, то есть разные варианты. Есть мнения, что даже еще во время рассмотрения Конституционным судом надо вносить поправки к этим поправкам, как бы странно это ни звучало. Хотелось бы, чтобы Конституционный суд признал изменения неконституционными. Это откроет возможность новых поправок, и я надеюсь, что тогда депутаты не пойдут в том же направлении, не будут работать против каких-то национальностей.

Однако стоит все-таки подчеркнуть, что этот закон вызывает больше вопросов со стороны Израиля, еврейских организаций, а украинская тематика немного скрыта.

В любом случае польский Конституционный суд работает независимо. А это означает, что политики не должны на него влиять, и его решение должно соответствовать законодательству. Для меня как гражданина, который не имеет юридического образования, который является политологом, очевидно, что изменения противоречат Конституции. Надеюсь, что это увидят и судьи. Также имею надежду, что другие поправки будут не политическими, а юридическими.