Что общего у Донбасса и «приморских партизан»

Когда в России говорят о том, что Донбасс вспыхнул из-за накопившихся проблем между западом и востоком страны – это лукавство. Потому что точно по такой же схеме может воспламениться любой российский регион.

После того, как Игорь Стрелков рассказал, что без его вторжения Донбасс жил бы так же, как живет сегодня Харьков, российским сторонникам «Новороссии» приходится искать новые аргументы. Один из них недавно озвучил писатель Захар Прилепин. Он заявил о том, что Стрелков может быть и бросил спичку, но не будь в регионе сухого хвороста накопившихся противоречий – огонь так бы и не вспыхнул.

На самом деле, межрегиональные противоречия можно найти абсолютно в любой стране. Внутренние окопы могут быть глубокими и не очень, религиозными и политическими, историческими и языковыми. И когда в России говорят о том, что Донбасс был обречен на войну с Киевом – это признание того факта, что российские регионы обречены на войну с федеральным центром.

Тот же Захар Прилепин в 2006 году написал роман «Санькя». Главный герой этого произведения – активист левопатриотического радикального движения Санькя Тишин. По ходу сюжета его конфликт с государством обостряется, его пытают в милиции, он радикализируется и в итоге вместе с единомышленниками (в числе которых есть и бывшие милиционеры) захватывает резиденцию местного губернатора, после чего в городе вводят нечто вроде военного положения.

По сути, Прилепин еще восемь лет назад описал тот сценарий, по которому можно представить себе «донбасс» в какой-нибудь российской глубинке. Причем глубинке депрессивной, с высоким уровнем имущественного расслоения (а это свойственно большинству российских областей), в которой обыватель хочет социальной справедливости. Потому что достаточно в такой регион прислать своего «игоря стрелкова», чтобы затем наблюдать, как полыхают чьи-то мерседесы и частные владения.

Собственно, нечто подобное уже происходило в 2010 году, когда в течение нескольких месяцев в Приморском крае шестеро мужчин, назвавших себя «приморскими партизанами», нападали на милиционеров и убивали их. В своих видеообращениях они обвиняли МВД в беззаконии и говорили, что борются с беспределом. Характерно, что после того, как они были схвачены и осуждены, соцопрос «Левады-центра» показал, что 22% россиян им сочувствовали, а еще 3% одобряли их поступки. Кроме того, оказалось что 34% россиян считают «приморских партизан» – «народными мстителями», сознательно выступивших против коррумпированной власти, и лишь 37% — преступниками и бандитами.

Я всматриваюсь в эти цифры и понимаю, что любой российский регион может превратиться в Донбасс. С той лишь разницей, что на востоке Украины «варяги» разожгли конфликт на межрегионально-мировоззренческой почве, а в российской глубинке сработал бы протест против сословности общества и социального расслоения.

Ну а все разговоры о том, что «не было бы Стрелкова – кто-то другой бросил бы спичку» демонстрируют лишь непонимание физики общественных отношений. Потому что противоречия, накопленные в обществе – это не бензин, который зажигается от любой искры, а тротил, для которого нужна детонация. А детонация не может возникнуть сама собой, ее надо готовить заранее.

Вся разница между случившимся «донбассом» и не случившейся условной «пензой» лишь в том, что Украина не экспортировала нестабильность в Россию. А Россия в Украину – очень даже да.

Павел Казарин, российский журналист

Сноб.ру