Экономический кризис и референдум: Почему спешит Путин

Виталий Портников

журналист

Региональные парламенты, которые, по российскому законодательству, должны высказываться о поправках в конституцию России, одобрили изменения в Основной закон за два рекордных дня. А Конституционный суд России, который должен, по идее, тщательно рассмотреть каждое изменение на предмет его соответствия закону, собрался на заседание в выходной день и рассмотрел поправки в закрытом, точнее – в секретном режиме. Судьи Конституционного суда даже не сообщили общественности имя докладчика по вопросу конституционных изменений и состав суда, который рассматривал эти изменения. И уже 16 марта они одобрили и все предложенные поправки, и процедуру их введения в законную силу.

Такая поспешность и закрытость наблюдалась в новейшей истории российского конституционного суда только один раз – когда рассматривался вопрос о присоединении Крыма. Тогда было очевидно, что сама постановка этого вопроса нарушает действующее законодательство. Это законодательство однозначно запрещает – по сей день – присоединение к России территорий других государств без их согласия, а трюк с провозглашением «независимости» Крыма выглядел сомнительным для любого юриста.

Более того, жители Крыма даже не голосовали за эту независимость на референдуме — только за присоединение к России. «Независимость» объявлял Верховный Совет автономии, который не имел для этого никаких конституционных полномочий. Но самое главное – на тот момент в российском праве существовал приоритет международных соглашений над внутренним законодательством (сейчас его, очевидно, отменят), а «большой договор» между Россией и Украиной однозначно закреплял признание территориальной целостности двух стран в границах 1991 года.

Однако Конституционный суд России эти соображения не остановили. Решение о законности аннексии Крыма было одобрено единогласно буквально за несколько часов. И сейчас, когда речь идет, фактически, о продлении полномочий президента Владимира Путина – все происходит в таком же авральном режиме.

Вероятно, потому, что в Кремле прекрасно понимают – ради создания в стране института пожизненного президентства российская власть пошла на новый трюк с конституционными изменениями. То, что преподносилось, как шаги в целях усиления парламентаризма и прав регионов, на деле обернулось обычным «обнулением сроков», созданием новой возможности для Путина участвовать в президентских выборах с предсказуемым результатом.

Почему власть так спешит, тоже понятно: Кремлю нужно не только спешное одобрение региональных парламентов и Конституционного суда, ему нужен и референдум в скоростном режиме. В стране, которая неумолимо движется к экономическому кризису – из-за объективных проблем, вызванных пандемией короновируса, и ошибки, которая была допущена российским руководством в нефтяной войне с Саудовской Аравией – не так-то просто обеспечить то радостное единогласие, на которое рассчитывал Путин, когда задумывал спецоперацию с собственным воцарением.

Поэтому необходимо как можно скорее провести референдум по одобрению поправок – пока россияне в массе своей еще не ощутили экономических проблем, пока холодильник окончательно не вытеснил из их сознания телевизор.

Поэтому они так и спешат – депутаты, судьи, Путин.