Как Россия готовит для Украины сирийский сценарий

Александр Голубов, политолог

Когда Кремль пугает Киев зачистками в стиле Алеппо, бояться на самом деле надо не бомб, а того, что в Москве понимают под мирным урегулированием.

В конце прошлой недели Россия объявила о начале сокращения военного контингента в Сирии. По словам начальника Генерального штаба ВС РФ Валерия Герасимова, первой зону конфликта оставит авианосная группа во главе с крейсером «Адмирал Кузнецов».

Хотя громкое заявление о сворачивании военного присутствия и облетело ленты мировых новостей, реальное влияние знаменитого «Кузи», который за время кампании сумел разве что потерять два истребителя чисто из-за технических неисправностей, не стоит переоценивать.

Правда, цель сирийского похода не имела почти ничего общего с военными нуждами. Единственный российский корабль,  разве что издалека похож на полноценный авианосец и не мог никоим образом существенно повлиять на ход боевых действий. Но привлек к себе немалое внимание западных СМИ. Сначала максимально нагло пройдя вплотную к британским территориальным водам, а потом, уже комическим образом, своими приключениями с силовой установкой, которой смело можно было ставить дымовую завесу, но которой постоянно не хватало топлива.

Собственно, если бы не последнее вместе с невинно потопленими истребителями, поход «Кузи» можно было бы назвать удачной информационной операцией, которая должна была увенчать собой завершение наиболее активной фазы военной операции россиян в Сирии и переход к мирному урегулированию.

Задачей крейсера были не бомбардировки, а напоминание всему миру, что перемирие в Леванте удалось достичь именно благодаря российской военной мощи вместе с претензией на способность эту мощь, как любят говорить дипломаты, «проектировать» за пределы собственного региона.

Призрак терроризма

Приход «мира» в Сирию и должен был увенчать собой триумфальное по замыслу возвращение «Кузи» домой. И если поход крейсера превратился в посмешище, события, к которым он был приурочен, развивались по кремлевскому сценарию.

Пока Запад беспомощно наблюдал за происходящим, российская интервенция помогла силам Башара Асада и его иранским союзникам окончательно обезопасить сирийского диктатора от поражения со стороны тех, кого еще недавно называли «умеренной сирийской оппозицией».

Именно спасение Асада и обеспечение будущих мирных переговоров с позиции силы и было единственной реальной целью российского вмешательства в сирийскую войну. Ни о какой борьбе с террористами речь не шла.

Если говорить об «Исламском государстве», то ни для кого не секрет, что бомбардировки россиян и сирийцев осуществлялось не против «главной террористической угрозы миру». С «ИГ» режим Асада научился довольно мирно сосуществовать, перекупая нефть, которую добывают исламисты с контролируемых ими месторождений. Главными целями были только те группировки, которые считали своей целью реальную борьбу против сирийского диктатора.

Собственное существование «Исламского государства» и является в определенной мере плодом деятельности Асада, который по меньшей мере не мешал ее зарождению в Ираке. После начала кампании в Сирии удачно использовал ее, наблюдая, как сторонники «халифата» большинство сил отдают борьбе с сирийской оппозицией.

В то время сам диктатор использует это как повод изобразить себя перед миром последним оплотом сопротивления исламистской дикости в Леванте. Ведь «Исламское государство» фактически вместе с которым Асад уничтожал повстанцев — это выгодный фон даже для сирийского диктатора.

Так, можно вспомнить и то, что далеко не все оппозиционеры — ангелы в человеческом обличье. Но динамика радикализации части оппозиционных сил, к которым с остальным относится уже даже сирийская ветвь Аль-Каиды прямо отражает динамику тех зверств, которые вполне сознательно совершали солдаты и наемники Асада.

Они это делали с целью превратить войну из гражданского восстания против диктатора в очередное воплощение межрелигиозной розни между суннитами и шиитами с перспективой взаимного геноцида, в котором логическим интересом Запада могло быть только прекращение насилия.

Россия лишь подхватила этот пропагандистский трюк. Путин решил предстать перед миром борцом с терроризмом, одновременно защитив своего друга Асада и повернув РФ имидж мировой державы, что может влиять на состояние дел далеко за пределами собственных границ. Только за борьбой с терроризмом скрывается преимущественно война против тех, кто объявил войну диктатору, а не против исламистов.

И мирное урегулирование должно наступить только тогда, когда реальная оппозиция Асаду утонет в крови, когда Запад можно будет поставить перед альтернативой — или сирийский диктатор, или халифат исламистов.

Тот факт, что Россия сворачивает свой военный контингент, говорит лишь об одном — в Кремле верят, что смогли достичь поставленных целей. По их мнению, мирное урегулирование закрепит фактическое поражение оппозиции, зацементировав действующий режим.

Иллюзия мира

Можно долго спорить, адекватна ли эта оценка положения дел в Сирии со стороны Москвы, ведь вполне вероятно, что война еще далека от завершения. Но бесспорным является то, что никто так и не помешал россиянам по собственному усмотрению истреблять мирное население и сирийскую оппозицию под дымовой завесой борьбы с «Исламским государством».

Это пощечина Вашингтону и Западу, который делает вид, что так и должно быть. И циничность идеи мирных переговоров заключается в том, что Путин предлагает западным политикам «сохранить лицо». Разве что для этого они должны принять его правила игры.

Очень похожая опция сейчас предлагается и для Украины. Так же сначала решить конфликт, максимально подбрасывая в пламя костра идеологических споров между украинцами. Когда это не сработало, сделать все возможное, чтобы спровоцировать гражданскую войну на глазах у Запада.

Когда не провалился и этот план – сделать почти неприкрытую интервенцию. А, когда собственные цели будут близкими к достижению, предложить Западу «мирное урегулирование» в обмен на возможность незаметно добить врага.

Именно поэтому сторонники мирных планов по московским лекалам и «болезненных компромиссов» должны честно признать — они являются сознательными или бессознательными сторонниками капитуляции. Капитуляции, ради которой вся эта война и затевалась. Как в Сирии, так и в Украине.