Мир должен быть подписан на руинах Кремля

«Если будет выход из мирного процесса, военное положение будет введено немедленно», – заявил президент Петр Порошенко во время своей предновогодней пресс-конференции. «К сожалению, информация о трех погибших подтверждается. Боевики потеряли 14. Одного боевика захватили в плен. Это правда, но это – война», – сообщил Порошенко на том же мероприятии.

Два взаимоисключающих тезиса, озвученные в течение каких-то десятка минут. Так сколько же должен погибнуть украинцев, чтобы главнокомандующий заметил «выход из мирного процесса»?

Заявления нашего премьер-министра Арсения Яценюка не менее противоречивы. Напомню, не так давно именно он заявил, что мы больше не будем финансировать террористов Донбасса. Оставим за скобками вопрос, зачем еще было их финансировать – сейчас не об этом. Самое интересное, что через некоторое время он жаловался, что государство бесплатно поставляет на оккупированную территорию электроэнергию, газ и воду.

Почему мы чувствуем этот когнитивный диссонанс в заявлениях украинских чиновников? С одной стороны воюем, в то же время с другой – миримся. Такая позиция не понятна ни украинскому народу, ни мировому сообществу.

Мы требуем введения жестких санкций от западных партнеров, однако нам напоминают, что мы до сих пор не ввели собственных, несмотря на то, что соответствующий закон был принят еще предыдущим составом парламента.

Мы, якобы, возмущаемся действиями российских оккупантов в Крыму и их «национализацией» имущества Украины и украинских граждан, однако до сих пор не подали исков в международные суды. За разговорами не видно дел.

Мы возмущаемся действиями отечественных олигархов, которые поддерживали и поддерживают сепаратистов финансово и информационно. До сих пор не приняты меры по аресту ни имущества отечественных VIP-сепаратистов, которые больше не имеют депутатского иммунитета, ни их самих.

До сих пор не проведена национализация или реприватизация имущества, принадлежащего российскому капиталу или олигархам, которые финансируют сепаратизм. А это могло бы стать весомым источником наполнения бюджета. Зато говорится о дальнейшей продаже государственной собственности.

До сих пор не отменен закон о так называемом «специальном статусе Донбасса», хотя все понимают, что он не действовал ни дня и действовать никогда не будет хотя бы потому, что Украина не получила контроля над этой территорией и не провела местных выборов в сроки, им предусмотренные.

Мы до сих пор не можем официально назвать войну войной, террористов – террористами, Россию – агрессором. Мы ведем переговоры с террористами на самом высоком международном уровне, и Украину в этих переговорах представляют лица с неопределенным статусом.

Что бы не говорили и не обещали в Москве, мы должны осознавать – Россия не оставит нас в покое. Мы не получим мира до тех пор, пока не победим. А для этого мы должны наступать, если не военным способом, то в каким-либо другим.

Кроме введения собственных санкций против России, разрыва дипломатических отношений, проведения эффективных военных операций на территории врага, арестов предателей Украины внутри государства и других стандартных шагов, которых от власти ждет общество, мы можем действовать нестандартно.

Мы должны признать независимость Республики Ичкерия, которую дважды признавала сама Российская Федерация, и начать с ней дипломатические отношения.Мы должны признать право Японии на Курилы и Сахалин и объявить их оккупированной территорией.

Мы должны признать правопреемственность Украины от Украинской Народной Республики и Киевской Руси, и требовать возмещения убытков, причиненных оккупацией территорий нашего государства, от правопреемника оккупанта – Российской Федерации.

Мы должны работать над тем, чтобы полностью исключить Россию из ООН и других международных организаций, или создать новую организацию, которая, наконец, обеспечит мир и спокойствие в мире.

Мир – это и есть победа! И подписан он будет на руинах Кремля…

Дмитрий Синченко, координатор Всеукраинской инициативы «Движение творцов государства»

Крым.Реалии