Почему мы должны говорить россиянам правду

В СМИ постепенно укрепляется мнение о том, что жителям оккупированного Донбасса и, тем болем, россиянам НЕЛЬЗЯ ГОВОРИТЬ ПРАВДУ.

Потому что поэт, который «наше всё», не зря сказал о своих соотечественниках: «Тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман». Так что истина для россиян вполне может быть низкой. Вот мы скажем правду, а они обидятся и продолжат убивать наших солдат. То есть это не так и страшно, что из России едут к нам на заработки фактически наемные убийцы. На самом деле это люди тонкой духовной организации. Низкая правда о них и об их, мягко говоря, неблаговидной деятельности, травмирует чувствительную и загадочную русскую душу. С ними надо говорить деликатно и ни в коем случае не напоминать о наглой аннексии части Финляндии и Калининградской области. То есть россияне будут продолжать обожествлять палачей Ленина и Сталина, поддерживать преступный режим Путина, а мы об этом – ни-ни! Потому что таким образом мы посягаем на святое, и нас неизбежно постигнет страшная месть великого русского народа. Великий русский народ в отместку за правду-матку толпами ринется воевать на Донбасс, а украинские солдаты будут умирать на передовой, хотя могли бы культурно дискутировать с жителями хотя бы той же Москвы.

Смехотворность таких рецептов очевидна. Как очевидно то, что великий русский народ никаких сколько-нибудь значимых для внешней политики решений не принимает. И даже не чувствует никакой необходимости такие решения принимать в будущем.
Не знаю, какого возраста авторы подобных публикаций. Вот только в советское время образованная часть общества – по крайней мере та, которая была достойна такого названия – не шельмовала диссидентов за правду и не обижалась на справедливую критику советского строя. Часть образованной части общества, в отличие от российского президента, даже читала свободно на английском языке даже иностранные книги и газеты и слушала «вражьи голоса». Перепечатывала по ночам самиздат и тамиздат. Куда делась это часть общества в России – отдельный вопрос. Но ясно, что политического и идейного наследства она своим потомкам не оставила.
Нет, друзья журналисты и публицисты, пусть история вас все же хоть кое-чему научит! Кроме того, «давно пора, ядрена мать, умом Россию понимать» (Игорь Губерман).

Недавно я уже написала статью «Ложь на страже лжи». Смысл ее сводится к тому, что в путинской России не просто реанимированы советские мифы. Более того, они укрепляются наслоениями новой лжи. Это ложь ВО СПАСЕНИЕ РЕЖИМА. И Украина не должна вносить свой вклад в такой преступный по сути процесс, который угрожает самому ее существованию.

Россия прошла через две попытки отказаться от лжи по команде сверху. Первая – это хрущевская «оттепель». Власть устала бояться и решила усмирить карательне органы. Однако в связи с тем, что были живы, здоровы и активны не только десятки и сотни тысяч рядовых вертухаев, которые за паек травили своих сограждан собаками в «истребительно-трудовых» (выражение Солженицына) лагерях, но также многие из начальников, очищение забуксовало. Объективно это было связано и с тем, что бывшие политзаключенные остались пораженными в правах, лишились жилья и работы, а многим просто некуда было идти. Разоблачение ужасов сталинизма по сути закончилось публикацией в «Новом мире» «Одного дня Ивана Денисовича» (беспощадно раскритикованного впоследствии Варламом Шаламовым), десятком строчек в поэме Твардовского «За далью даль» и прочно забытыми «Не хлебом единым» Дудинцева, «Прощай, Гульсары!» Айтматова и «Лето в Сосняках» Анатолия Рыбакова. Вся последующая «деревенская проза», «лейтенантская проза», Астафьев, Вампилов и другие на основы режима не замахивались. А тех, кто замахивался, — не печатали. За «Собачье серце» давали срок.

Во время перестройки было признано и опубликовано столько фактов о преступлениях авторитарного режима, что казалось – общество уже никогда не вернется к тотальной лжи. И часть общества действительно не вернулось – но не в России.

Представляется, что одной из главных – если не главной — причиной консервации в России «заповедника совка», несмотря на космополитическую Москву и культурный Петербург, была длительность советского режима, те критические 20 лет между двумя мировыми войнами. Территории, где советская власть установилась в 1939-1940 годах, сохранили традиции свободной жизни. Впрочем, жизнь в царской России тоже была свободной по сравнению с СССР, но об этом в России к началу перестройки уже не сохранилось живых свидетелей. Прервалась связь времен, как метко выразился классик. Знаменательно, что прерывание связи с лучшими традициями отечественного пришлого, а именно с реформами Александра Второго, не было воспринято в России как гуманитарная катастрофа.

Свободная жизнь сложна. Она ставит перед индивидуумом много вопросов. Советская жизнь была простой. На простоту жизни в тоталитарном обществе указывал еще Александр Зиновьев в своём замечательном исследовании «Коммунизм как реальность» (1981). У людей было очень мало прав и возможностей что-либо изменить и они шли по жизни, как трамвай по рельсам.

Люди в странах Запада с детства приучаются жить в правовом обществе, принимать решения и нести ответственность за последствия своих действий. Российские граждане, напротив, упорно не хотят нести ответственность за те беды, которые Россия причиняет своим соседям. Инфантильное по сути сознание, следуя указке верховного лжеца, готово воспринять санкции Запада не как заслуженное наказание за нарушение международного права, а как попытку ущемить Россию. Россияне готовы и дальше «крепчать» в беззаконии, ибо свою ответственность они охотно делегировали вождю.

О русском обществе Зиновьев в последние годы жизни сказал: «Нам нужна мечта, надежда, утопия. Утопия – это великое открытие. Если люди не изобретут новую, на первый взгляд никому не нужную утопию, то они не выживут в качестве людей. Нам нужна сказка: людям важно, в какой они верят туман и какая им верится сказка.»

Очень показательно то, что даже Александр Солженицын, призывавший «жить не по лжи», сам целиком и полностью находился в плену имепрской утопии, о чем свидетельствует его программное выступление «Как нам обустроить Россию».

Сказка о величии России, в которую верит ее население, стала страшной реальностью для соседних стран. Она стала страшной реальностью для жителей оккупированного Донбасса, которым российская пропаганда преподносила сказку вместо правды.
Отличие жителей Украины, сознательно отказавшихся от наследия тоталитарного строя, от тяготеющих к России донбасских «совков» как раз и заключается в способности отличить утопию от реальности, а правду – от сказок.

В заключение не могу удержаться от того, чтобы не процитировать опубликованную вчера статью: «Мы помиримся с Россией, когда она выведет своих солдат из Украины, откажется от претензий на Крым, а ее президент (не Путин) извинится за устроенный беспредел. Именно в такой последовательности» (И.Щедрин «Как и о чем говорить с россиянами: ликбез»).

Нет, мы с Россией не помиримся. И дело тут не в нашем такте, не в том, что и как мы будем говорить россиянам. Население России, такое, какое оно есть на сегодняшний день, НИКОГДА НЕ ОТКАЖЕТСЯ ОТ ПРЕТЕНЗИЙ НА КРЫМ и от главной претензии – указывать прочим бывшим «братским народам», как им жить. А если не послушают – то и наказывать. Повышением цен на энергоносители, угорозами отключить газ в лютые морозы, торговыми запретами, «градами» и «ураганами». Потому что только благодаря давлению и запугиванию можно поддерживать иллюзию «величия». Больше нечем! Россия – моральный, идеологический и технологический банкрот.

В сознании россиян существует некий порочный круг: они выбирают Путина, который демонстрирует «величие России», а «величие России» поддерживает рейтинг Путина. Украинцам надо понять: в России НЕ ВЫБЕРУТ ДРУГОГО ПРЕЗИДЕНТА НЕ ПОТОМУ, ЧТО ПУТИН НЕ ДАЕТ, А ПОТОМУ, ЧТО НАРОД ИМЕННО ТАКОГО ХОЧЕТ. И не разговоры в пользу бедных нам нужны, а окончательное преодоление советского наследия у себя, снос всех этих лениных, кировых и дзержинских, переименование улиц имени карлов и клар, переработка школьных и вузовских программ, просвещение людей в СМИ и по телевидению в особенности.
Не случайно в Германии запрещена пропаганда фашизма. Дефашизацию инициировали не немцы, а страны антигитлеровской коалиции. Аналогично демилитаризация Японии не японцами была сделана. Страны, в которых милитаризм и тоталитаризм стал фактически частью национального сознания, на самоочищение оказались не способны. Именно в силу сохранения основ тоталитарной, милитаристской идеологии Россия остается неправовым государством, «заповедником совка» и угрозой мировому порядку. Десоветизация, установление верховенства права будет означать политическую смерть Путина и конец тоталитаризма в России. И приблизить такой конец может правда, только правда, ничего, кроме правды, какой бы горькой для россиян она ни была.

София Украинцева