Пономарь: Олигархи должны быть отлучены от бюджета и политической системы Украины

Украинский политический обозреватель Олег Пономарь рассказал Newsader о том, почему Киев проявляет недостаточную решительность в реализации санкционных мер против российского агрессора. Была затронута и проблема украинской олигархии, которая, по мнению аналитика, является главным тормозом реформ в «постмайданный» период.

А.К.: Олег, СНБО Украины объявил о расширении санкций, однако мы мало слышали об антироссийском пакете Киева. Что Вы можете сказать об этом?

О.П.: Должен признать, что Украина вводит санкции против Кремля не так оперативно, как хотелось бы украинскому народу. Последовательная санкционная политика Киева выглядела бы логичной на фоне соответствующих антироссийских мер, реализуемых евроатлантической цивилизацией в связи с агрессией РФ против нашей страны. Если не учитывать отдельные разрозненные шаги, можно с сожалением констатировать, что Киев пока не спешит с введением реальных ограничений против агрессора.

Конечно, некоторые сдвиги в этом направлении все-таки произошли: в течение минувшего года Украина разорвала с РФ торговые и сервисные отношения в оборонной сфере, прекращен военный транзит, запрещен въезд более 1700 гражданам России и введено правило, согласно которому россияне могут ездить в Украину только по загранпаспортам.

Наконец, самое главное: то, о чем Вы упомянули в Вашем вопросе — это проект СНБО, который еще предстоит утвердить правительству, то есть сам нормативно-правовой акт еще не принят. Это означает, что

украинские санкции по большей части остаются либо декларацией, либо хаотичным набором запретов, которые можно легко обойти за счет пробелов в санкционных законах.

А.К.: В чем причина нерешительности Киева в данном вопросе, если учесть, что война с Россией идет уже полтора года?

О.П.: Во-первых, нельзя ждать полноценного эффекта от функционирования отдельных законов и программ в условиях, когда вся государственная система в той или иной степени коррумпирована. Во-вторых, Россия остается крупным торговым партнером Украины, рынок которой долгое время был ориентирован именно на Восток, а не на Запад. Те же приграничные районы рядом с Крымом выживают исключительно за счет близости к РФ и попросту вымрут в случае введения антироссийского эмбарго. Украинское правительство понимает, что немедленный и полный отказ от торговли с восточным соседом, пусть и агрессивным, может привести к экономическому коллапсу страны, а именно этого и ждет Москва. В конце концов, всем известно, что Украина находится в плачевном экономическом состоянии. Не секрет, что мы проходим нижнюю точку кризиса. Эксперты ожидают, что экономический рост возобновится лишь в 2016 году.

Другое дело, что постепенный переход на наукоемкую и либеральную систему хозяйствования со временем избавит Украину от необходимости взаимодействия с Россией и позволит переориентировать торговые каналы на Европу. Именно тогда украинские санкции против Кремля проявят свой потенциал, однако от этих славных времен нас отделяет трудная борьба с советской структурой экономики Украины и ее коррумпированными чиновниками.

А.К.: Есть ли у Украины успехи в этом направлении?

О.П.: Лучшие результаты в данном направлении демонстрируют отдельные предприятия оборонки, которые отказываются от сотрудничества с РФ в пользу США. Более того, американцы в качестве условия для полноценного военного сотрудничества с украинцами ставят отказ от связей с РФ.

Другим элементом стратегии выдавливания российского бизнеса из Украины является массовая приватизация крупной промышленности, намеченная на октябрь: к данной процедуре российские лица не будут допущены.

Еще одним шагом в данном направлении является недавно принятый закон о запрете для российских граждан владеть украинскими телекомпаниями.

А.К.: Опишите Ваше видение того, какими должны были бы быть санкции Украины против России?

О.П.: Не стоит изобретать велосипед. Украинские санкции против РФ должны в точности повторить западную санкционную программу: аресты счетов, активов и имущества, черные списки невъездных, блокировка торгового и военного сотрудничества.

Главное, чтобы впоследствии эти ограничения исполнялись украинскими субъектами столь же неукоснительно, как это происходит в случае с западными ограничительными мерами.

А.К.: Правильно ли я понял, что основная причина недостаточной уверенности Киева в реализации санкционного пакета заключается в тяжелом экономическом положении страны?

О.П.: Полагаю, что — да. При этом я думаю, что подобная позиция Киева в целом согласована с Западом. По крайней мере, не видно, чтобы союзники толкали нас в этом направлении, поскольку прекрасно понимают критичность ситуации в сфере хозяйства и бизнеса Украины и именно поэтому не перестают снабжать нас финансовой помощью и кредитами. Было бы нелогично одной рукой давать нам деньги и другой рукой забирать их через требование о введении санкций против торгового партнера, который, к сожалению, одновременно с этим является и нашим врагом. Не сомневаюсь, что соответствующие риски просчитаны и в Министерстве финансов Украины, которое находится в постоянном контакте с западной коалицией.

А.К.: По каким каналам сейчас идет финансовая помощь Украине?

О.П: В том числе по следующим: в рамках G7, Европейского банка, Мирового банка и МВФ. Одни только США дают в этом году $3 млрд. кредитных гарантий.

А.К.: Вы удовлетворены уровнем этой финансовой поддержки?

О.П.: В принципе, да. Здесь следует иметь в виду, что вместе с финансовой помощью Запад помогает Киеву бороться с коррупцией, и первый процесс не может опережать второй по понятным причинам. В противном случае деньги могут быть попросту разворованы. Чем быстрее будет происходить искоренение казнокрадства, тем решительнее будет вести себя Запад в оказании поддержки. К сожалению, из-за значительных размеров чиновничьего аппарата, коррупционных традиций и недостаточности политической воли коррупция по-прежнему остается главной проблемой украинского государства.

Если говорить более конкретно, то первой задачей на этом пути является деолигархизация. Не секрет, что олигархи контролируют значительную часть бюрократов, финансовых потоков, средств массовой информации и потому способны влиять на важнейшие государственные решения.

Отлучение олигархических структур от бюджета и устранение их из политической системы — важнейший элемент того, что я называю проект «Витрина». И Байден, и Пайетт практически прямо заявляли: борьба с украинскими олигархами равнозначна борьбе с российской агрессией.

А.К.: Насколько сложно выполнить эту задачу?

О.П.: Побороть олигархов очень сложно. За ними стоят крупные экономические подсистемы: медийные издания, купленные депутаты, заводы и рабочие, которые являются не только получателями зарплаты, но и избирателями в конечном итоге.

А.К.: Как в таком случае Вы относитесь к позиции Михаила Саакашвили, недавно обвинившего правительство в сговоре с олигархами?

О.П.: Я отношусь к ней с пониманием. Он совершенно верно отметил, что латентные связи отдельных высокопоставленных чиновников с бизнес-магнатами является главным тормозом на пути украинских реформ. Сам экс-президент Грузии стоит в авангарде политико-экономической модернизации Украины. Он ледокол проекта «Витрина», которую Михаил реализует в отдельно взятом стратегически важном регионе страны — в Одесской области. Успешный грузинский опыт, энергичность и харизма, а также независимость от украинских кланов позволяет Саакашвили нащупывать и устранять болевые точки государственности Украины.

Он оказывает немое влияние на правительство, заставляя его действовать быстрее. Для этого он использует средства массовой информации и социальные сети: именно там он оглашает информацию о тех злободневных проблемах, по которым правительство действует недостаточно решительно. В этом смысле показательна история с Антонюком, уволенный с поста главы Госавиаслужбы именно под давлением Саакашвили, который обрушился с критикой на Яценюка через СМИ. Михаил пользуется огромной поддержкой народа и адекватно использует ее для стимулирования Кабмина к необходимым реформам.

Александр Кушнарь