Профессионализм стал редкостью в России

Леонид Бершидский, российский медийщик, колумнист Bloomberg

Режим Путина повлиял на среду разведчиков так же, как и на другие сферы жизни России: эти 18 лет опустошили ряды компетентных профессионалов.

Как бы россияне не относились к режиму Владимира Путина, им трудно воспринять впечатляющую некомпетентность тех, кого считают офицерами, элитой военной разведки, но которых ловят на крайне небрежном проведении бессмысленных операций. Эти шпионы должны были быть опытными специалистами, а не просто инструментами в руках нынешних политических лидеров. Материал опубликован на сайте «Новое время».

Кажется, что правление Путина повлияло на среду русских разведчиков так же, как и на другие сферы жизни России: эти 18 лет снизили уровень сообразительности и опустошили ряды компетентных профессионалов.

Даже российские интеллектуалы, которые не относят себя к числу тех, кто повторяет официальные возражения, пытаются найти оправдание провальным миссиям ГРУ: кибератаке на спортивные антидопинговые агентства и шпионаже в лабораториях, где исследуют вещество, использованое во время провального отравления бывшего двойного агента в Великобритании.

«Моральный аспект этого дела состоит в том, что ГРУ действовали смело, а где-то слишком прямо во всех этих эпизодах, – пишет в republic.ru экс-дипломат Владимир Фролов. – Судя по всему, ГРУ завершило свою миссию. Анализ дипломатических последствий этих действий вне компетенции разведки, этим должна заниматься высшая власть».

Бывший заместитель министра образования Игорь Федюкин написал в Facebook, что за последние 15 лет российская разведка, вероятно, использовала те же методы, и их западные коллеги позволяли им это. «Стиль работы, который сегодня кажется нам комичным, еще в прошлом году был довольно успешным. Это была норма, ничего больше не требовалось», – выдвигает свою гипотезу Федюкин.

Любая из этих теорий неприятна. Хакерские операции только прикормили пропагандистскую машину Кремля несколькими бессмысленными тезисами. Связям с общественностью, служащих путинскому режиму, пойманные шпионы принесли куда больше вреда, чем пользы, если бы даже все то, что они делали, было успешным. Сложно представить, чтобы какая-то западная страна сознательно позволила российским агентам действовать на своей территории так безрассудно, как это недавно делали люди, которых идентифицируют как офицеров ГРУ.

Они путешествовали с паспортами, чьи номера отличались одной цифрой. Никто не озабочен тем, чтобы обеспечить им надежный тыл, а легкодоступные материалы, связанные с выдачей паспортов, указали, что в случае каких-либо вопросов можно звонить в министерство обороны. Один сохранил чек за поездку от офиса ГРУ в аэропорт. В то время как другого было легко идентифицировать через всем доступные фотографии со времен учебы в военной академии. Выяснились, что машины, а именно 305 из них были собственностью офицеров ГРУ и зарегистрированы на адрес своего военного подразделения, где указаны в том числе мобильные телефоны и другая личная информация, связанная с их регистрацией. Уровень неосторожности впечатляет.

Да и вообще профессионализм стал редкостью в России, особенно в правительственном секторе за пределами крошечной технократической элиты, которая занимается изящными экономическими делами. Примером этого является борьба Путина за назначение компетентных губернаторов в регионах. В прошлом месяце, уже в четвертый раз с 2016 года, российский президент выбрал одного из своих бывших охранников управлять в Астрахани, к которой тот не имел очевидного отношения. После того, как кремлевский ставленник опозорился, проиграв выборы губернатора Владивостока, губернатора Сахалина, также находящегося на Дальнем Востоке России, немедленно назначили на его место, несмотря на отсутствие очевидного плана, кто будет его преемником. Сейчас Путин не знает, как быть с электоральным поражениями, которые в прошлом месяце состоялись в четырех регионах. Разве система не была создана так, чтобы они не могли проиграть?

У Путина нет длинных рядов на скамейке запасных, когда речь идет о компетентных бюрократах, дипломатах или правоохранителях. Пожалуй, лучшие доказательства можно найти на сайте Диссернет, которым руководит группа активистов. Используя хитроумное программное обеспечение, они проверяют диссертации чиновников, генералов и других ведущих персон режима. Сотни из них, а некоторые заштампованные в таких элитных школах как МГИМО или Дипломатическая академия, являются откровенным плагиатом.

России сложно удержать своих интеллектуалов, особенно в последние годы. Согласно недавнему исследованию Института экономической политики Гайдара, более 2,7 миллионов человек, рожденных в России, сейчас живут за ее пределами, а 1,5 миллиона из них до сих пор имеют российские паспорта. Как правило, эти эмигранты гораздо более образованные, чем русское население в целом. Большинство, с которыми провели интервью в Институте Гайдара, рассказали, что выехали при экономическом спаде со времен 2014 и разочаровании в агрессивной и репрессивной политике Путина, которую тот с тех пор проводит.

В своей книге, которая появилась в 2015 году под названием «Российское государство: что будет дальше?» Николай Петров и Маша Липман, одни из самых осведомленных комментаторов по вопросам внутренней политики России, предусмотрели последствия попыток, в которых с 2012 года прибегал Путин, чтобы заново установить свой режим.

«Ради этой цели режим использует весь репрессивный аппарат государственной системы безопасности, суды и прокуроров, так же как институты, влияющие на массовую социализацию и общественное мнение – медиа, систему образования, культуры, а также церковь. Такая политика, скорее всего, приведет к сокращению вертикальной мобильности и плохому отбору административного персонала, а также архаизации массового сознания».

Кажется, что этот прогноз начинает сбываться. Годы подавления собственных мыслей, эрозия интеллектуальной жизни и образовательных учреждений, а также очевидная склонность Путина отдавать предпочтение преданности ему самому, а уже потом компетенции, сказывается на российской госслужбе, включая разведывательный сектор.

В этой ситуации Путин может выглядеть странным образом пассивным, ведь он почти никак не может ограничить последствия провала и остановить эту цепочку поражений своей разведки: в его команде просто нет ни одного человека, который был бы одновременно преданным и способным бороться с пагубными последствиями. В конце концов, офицеров ГРУ поймали за выполнением операций – и уже сам этот факт является для них губительным. Компетентных людей, очевидно, на таком бы не поймали.