Российские наемники бросили вызов Путину

Константин Эггерт, российский журналист

Крылатый каламбур «Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью!» настолько часто употребляется в путинской России, что его острота притупилась. Но от этого он не перестал быть точным. Последнее подтверждение того, что «в каждой шутке есть доля шутки», — заявление делегатов Всероссийского офицерского собрания о намерении обратиться в Международный уголовный суд от имени тех, кто служил в частных военных и охранных компаниях (ЧВОК или ЧВК), с иском против организаторов этих компаний и тех, кто им содействует, — читайте «против российских властей».

«Туристы» из ЧВК и «черный нал»

«ЧВК. Гибель армии — #НасТутНет», — пишет Константин Эггерт для DW. — Так необычно и провокационно называлась тема собрания, которое прошло в Москве. Если свести его суть к главной мысли, то она настолько же проста, насколько и логична: участники ЧВК требуют легализации их статуса и государственных льгот, потому что (не без основания) считают, что, в подавляющем большинстве случаев, они выполняют государственные задачи.

Сейчас ситуация парадоксальная: тысячи так называемых «добровольцев» воюют в Сирии, Центральноафриканской республике (ЦАР), других странах, участвуют в российско-украинской войне на территории Донбасса и получают за это деньги. Но официально они, как простые граждане, живут где-нибудь в Перми или Партизанске, а если и выезжают за границу, то сугубо как туристы. Если же вдруг государственные органы официально «узнают», что это за туризм на самом деле, то «добровольцев» обязаны посадить — наемничество запрещено законодательством РФ.

Российские наемники хотят того же легального статуса, который есть у бойцов американских ЧВК (таких как Academi, бывший Blackwater), работающих на государственные ведомства — Минобороны и ЦРУ. Они мечтают о контрактах, страховках, выплатах за ранения, а не о «налике в конвертике». Кроме того, они, видимо, подозревают, что владельцы русских частных военно-охранных компаний (ЧВОК) платят им лишь малую толику того, что сами получают от главного работодателя — Кремля и дружественных ему бизнес-структур.

Обращение в Международный уголовный суд — сигнал «туристов» Путину: «Либо Россия нас признает официально, либо будет скандал».

Тайная война с Украиной может стать явной — в суде

Если наемники действительно наймут адвокатов и станут продвигать свой иск с максимальной публичностью, то, скажем, расследование уничтожения малазийского «Боинга» в небе над Донбассом дополнится такими разоблачениями, которые могут сильно его ускорить и углубить.

Парадокс ситуации заключается в том, что признать ЧВК официально российский режим активно не хочет. Это значило бы нанести мощный удар по концепции гибридной войны и разнообразным вариациями на тему «ихтамнет» — в тех же Украине, Сирии и ЦАР. Ведь наемничество в России перестало быть уделом одиночек, идейных романтиков и (или) психопатов, отправлявшихся в девяностые годы воевать на Балканах за сербских «братушек». Судя по той информации, которая стала достоянием гласности в последние годы, «добровольцев» сегодня вербуют тысячами, погибают они десятками, если не сотнями.

ЧВК — гигантская черная дыра черного нала, который, в конечном счете, расходуется не только на поддержку горе-воинов Асада или разного рода захарченок-плотницких в Донецке и Луганске, но, судя по всему, и на защиту конкретных бизнес-интересов конкретных — и очень близких — друзей Кремля. В СМИ не раз упоминалось, например, имя так называемого «кремлевского повара», бизнесмена Евгения Пригожина. В России не только недра, но даже вооруженное насилие приватизировано Кремлем. Скандал с наемниками — лишнее тому доказательство.

Урок истории Франции для Кремля

В этой истории интересно еще и вот что. Большинство тех, кто воюет в ЧВК — бывшие офицеры, носители просоветских, имперских, ультрапатриотических убеждений. Это, по идее, сторонники политики Путина и самого президента РФ. Более того, в силу бывшей и нынешней профессии, они люди максимально непубличные. То, что они фактически выдвинули Кремлю ультиматум, — событие исключительное.

Профессиональные «солдаты удачи» — это вам не московские интеллигенты с белыми ленточками и хипстеры с прикольными плакатами. Это — сила, которая хочет и может взять свое. Если понадобится — с использованием профессиональных навыков. И если они вышли на символическую площадь, то значит, что-то в российском государстве идет совсем не так, как хотелось бы нынешнему режиму.

В пятидесятые годы во Франции была создана Organisation de l’armée secrete (OAS) — «Секретная вооруженная организация». Ее костяк составили ветераны войны в Алжире, боровшиеся против предоставления ему независимости. Они действовали как в Алжире, так и на территории метрополии, убивали сторонников независимости Алжира, взрывали поезда и штаб-квартиры неугодных им организаций.

Кульминацией их борьбы, завершившейся полным разгромом этой организации, стало покушение на президента Шарля де Голля в парижском пригороде Кламар 22 августа 1962 года. Эти события легли в основу ставшего классикой среди триллеров романа Фредерика Форсайта «День шакала». Я понимаю, что Франция шестьдесят лет назад отличается от сегодняшней России, что Донбасс — не Алжир, и что история вообще не повторяется. Но заявления «добровольцев» ЧВК все же заставили меня разыскать книгу в моей библиотеке. На всякий случай. Надеюсь, что перечитывать ее не придется.