Смогут ли иностранцы провести здесь реформы

В предыдущей колонке я начал развенчивать мифы, сложившиеся в общественном сознании после второго Майдана. В частности, написал о мифологизации личности Путина, его мнимом всемогуществе, которое якобы мешает украинской власти проводить экономические реформы, пишет Богдан Данилишин для НВ.

После назначения Саакашвили губернатором Одесской области, оглашения его кадровых планов и решений, настало время в очередной раз поговорить о складывающемся в элитах и обществе мифологизированном представлении о всемогуществе экспатов — специалистов в деле проведения украинских реформ. Скажу от себя – я желаю им только успехов.

Cейчас некоторыми элитными кругами считается, что нам нужны специалисты для проведения реформ. Что в своей стране мы их не найдем, а найдем на Западе. Главное, чтобы они были представителями тех стран, где уже осуществлены или проводятся экономические реформы, и/или они (специалисты) являются бывшими работниками известных фирм развитого западного мира, и поэтому их компетенция может пригодиться украинским реформам.

На самом деле это отнюдь не так. Ведь что такое проведение экономических реформ в Украине? Это задача по трансформации экономики с сильным социалистическим элементом (наследие пребывания Украины в СССР) в капиталистическую экономику. Т.е. наши реформаторы хотят провести реформы, которые увеличат действие собственно рыночных, конкурентных форм организации производства. Во всем мире это называется проведением дерегуляции экономики, теоретической основой которой являются труды «австрийской школы» экономики, в свою очередь основанной на работах Адама Смита.

Тут появляется важный нюанс. Если строго следовать предписаниям «австрийской школы», то задачей реформаторов должно быть лишь принятие Верховной Радой соответствующих законов, освобождающих украинских предпринимателей от связывающих их «регулятивных пут». Не более того.

Рынок и конкуренция, согласно теории «австрийской школы», сами потом поставят все на места. То есть, необходимо сделать то, о чем просили в свое время французские предприниматели министра финансов времен Людовика XIV, Кольбера, в ответ на его вопрос, чем он им может помочь: «Не мешайте». И если реформы должны протекать в таком ключе, то не важна квалификация реформаторов, раз главными актерами восстановления экономики Украины станут национальные и иностранные предприниматели (я подчеркиваю, предприниматели — так гласит теория «австрийской школы»), которые сами разберутся во всех перипетиях хозяйственного процесса.

Нам нужны в этом случае только качественные законы по дерегуляции предпринимательской деятельности. Тут нечего выдумывать и надо просто списать их у стран с образцовыми хозяйственными правовыми системами, уже доказавшими свою эффективность — так делали во всех странах догоняющего развития (от Японии до Сингапура). Поскольку Украина — государство с традиционно «континентальной» системой права (а не системой «общего права», как у англосаксонских народов), наверное, это должны быть соответствующие хозяйственные кодексы.

Если же мы не хотим все пускать на самотек, отдавать на откуп рынку, его конкурентным войнам, то должны проводить политику в рамках другого достойного течения экономической политики, представленного «кейнсианством». В этом течении мировой экономической мысли для развития экономики важная роль в успехе проведения реформ отводится государству.

Надо сказать, что именно кейнсианству отданы сердца многих правителей стран развитого послевоенного мира. Мы знаем, например, что в США и Западной Европе многие достижения в технологиях были достигнуты потому, что существовали масштабные государственные программы. Это и «Лунная программа «Аполлон»» в США, и европейская межгосударственная программа создания авиалайнера Airbus. Если Украина собирается идти по этому пути — принять кейнсианство в качестве руководящей теории для проведения реформ — то действительно нам нужны специалисты высокого уровня, желательно уже имеющие соответствующие теоретические и практические достижения. Какие тогда должны быть требования к этим специалистам?

Эти специалисты должны быть действующими или бывшими работниками крупных западных корпораций или компаний среднего бизнеса, которые осуществили крупные технологические свершения в своей сфере деятельности, или которые проводят успешную промышленную и торговую деятельность на международных рынках, имеют устойчивое конкурентное положение.

Они должны быть не просто работниками таких корпораций, а специалистами, которые обеспечивают «ключевые компетенции», являются, так сказать, «солью» этих компаний. Если это инженерная компания, то должны быть, либо основатели этой компании, либо ведущие инженеры, которые потом долгие годы осуществляли успешную деятельность в компании. Всякие другие специалисты будут бесполезны, так как они не знают, благодаря чему компании добились и добиваются успехов на рынках.

Эти специалисты должны быть известными действующими экономистами или авторами управленческих теорий, имеющими качественные работы, признанные мировым экономическим сообществом и сообществом управленческих консультантов, специалистами с высокими рейтингами цитирования. Или экономистами и управленческими консультантами, которые в составе международных команд уже проводили реформы, признанные успешными.

Они должны быть представителями консалтинговых управленческих и инжиниринговых компаний первого класса, таких как McKiensey, Bain, BCG (Бостонская консультационная группа) и других, которые имеют в своих портфолио опыт воплощения экономически успешных проектов.

Здесь надо учитывать и риски такой деятельности, например, что современная управленческая и экономическая теория говорят об уникальности всякого экономического и бизнес-достижения.

Очень трудно не только перенести опыт одной страны в другую, но и вообще повторить любой успешный опыт, так как предприниматель во второй раз сталкивается с совершенно другой социальной и экономической обстановкой.

Как в свое время говорил Гераклит: «Нельзя дважды вступить в одну реку». Этим проблемам посвящены работы современного швейцарского исследователя Фила Розенцвейга. Пытаться, конечно, стоит, но это должны делать специалисты, которые подходят под указанные выше характеристики.

Соответствуют ли люди с иностранным гражданством, которые привлечены к проведению украинских реформ, указанным характеристикам? Нет. Как говорил в свое время Бисмарк: «Вам нужно найти министра просвещения? Нет ничего сложного. Для этого сгодится любой обладатель окладистой бороды». Похожим образом поступают, как видим, и у нас.

Важность украинских политических и экономических реформ трудно переоценить, так давайте же более тщательно подходить к выбору специалистов — на кону будущее Украины.

В СССР (в том числе и на территории УССР) поступали более профессионально в этом вопросе. В свое время коммунистические правители (невзирая на то, что они залили свою страну кровью) понимали, что индустриализацию страны без западных специалистов не провести. Поэтому и была привлечена, например, американская инжиниринговая компания Albert Kahn, которая спроектировала и построила в СССР более 500 заводов.

Но это была авторитетная консалтинговая компания, которая имела соответствующий опыт работы. Ее руководителем был Мориц Кан, брат основателя  компании. На территории СССР в ней работали 25 ведущих американских инженеров и около 2,5 тыс. советских сотрудников. На тот момент это было самое большое архитектурное бюро мира. И что важно, его уровень соответствовал соответствующим технологическим вызовам того времени.

Американские экономисты Дуглас Норт и Дарон Асемоглу, пожалуй, лучшие специалисты по реформам в мире, говорят, что невозможна трансформация государственных и общественных институтов без вовлечения широких общественных масс в этот процесс, в том числе и национальных специалистов.

Я бы от себя добавил, что также невозможна успешная трансформация украинской экономики, если мы не знаем, какая у нас будет доминирующая теория экономических реформ. Будет ли она основана на дерегуляции национальной экономики (как предлагает «австрийская школа»), или она будет основана на сильной роли государства («кейнсианская школа»). Любой повар вам скажет: нельзя в одной посуде делать сразу два блюда, получится то, что есть невозможно.