Сухопутный коридор в Крым: отложенная угроза?

Сергей Стельмах, обозреватель

Оригинал опубликован на Крым.Реалии

Открытое нежелание Москвы выполнять «минские договоренности», ползучая аннексия ОРДЛО, милитаризация Крыма, неутихающая антиукраинская истерия на полуострове указывают, что Кремль не отказался от планов по ликвидации украинской государственности. Крым остается плацдармом, с которого Москва может нанести удар и попытаться создать «коридор» между полуостровом и Донбассом.

Россия накачивает Крым вооружениями и войсками. Буквально каждую неделю появляются новости о размещении на полуострове новых ударных комплексов или боевых подразделений. Украинские пограничники систематически фиксируют разведывательные полеты авиации страны-агрессора.

Кремль формирует на захваченной территории мощную группировку вторжения.

Тема «сухопутного коридора», который Москва может попытаться пробить в Крыму, обсуждается в украинском обществе с первых дней аннексии. На днях тема вновь стала актуальной ввиду экспертных прогнозов о возможной атаке российских войск и сепаратистов на Мариуполь. Глава экспертного совета Центра исследований армии, конверсии и разоружения Леонид Поляков полагает, что захват Мариуполя или его окружение и блокирование существенно облегчает создание сухопутного коридора в Крым. «При этом в самом Крыму постоянно наращивается группировка для возможного встречного удара», – предостерегает эксперт.

Именно для этого Москва проводит милитаризацию Крыма и агрессивную антиукраинскую пропаганду среди жителей республики. Стоит выделить несколько факторов, которые могут толкнуть Кремль на создание сухопутного коридора по линии Донецк-Мариуполь-Крым.

Первое – провал кремлевского сценария «минского процесса». Попытки втолкнуть «народные республики» обратно в Украину, дабы они разъедали государственность изнутри, не увенчались успехом. В условиях санкций и политического тупика Москва вынуждена искать другие варианты для давления на руководство ЕС. Судя по недавним событиям, Кремль нацелен на ползучую аннексию территорий и создание марионеточных режимов по типу Абхазии или Приднестровья. Обстрелы на линии соприкосновения, признание «паспортов», выданных в ОРДЛО, полное вытеснение гривны, «национализация» предприятий указывают именно на этот сценарий. Важная разница с Абхазией заключается в том, что Москва не идет на закрепление нового статуса-кво. Оккупированные районы Донбасса остаются инструментом по дестабилизации Украины. Только на этот раз Москва, выражаясь фигурально, будет использовать их как нож, а не отравленную иглу.

Второе. Попытки спровоцировать острый политический кризис внутри Украины, добиться реванша пророссийских сил или скрытых агентов Москвы, которые рядятся в одежды национал-демократов. Часть из них можно выявить по «планам примирения» с Москвой, «временному отказу» от Крыма или сдаче его в «аренду». Кремлю в кратчайшие сроки (желательно до выборов президента России) нужно добиться паралича украинского государства, хотя бы частичного повторения ситуации февраля-марта 2014 года. В таких условиях удар из Крыма и встречное вторжение со стороны Донбасса может иметь эффект. Москва получает новую лояльную украинскую «власть», с которой подписывает «договор» по Крыму, добивается «внеблокового статуса», навязывает сценарий замедленного распада государственности посредством «федерализации».

В такой ситуации у европейских и американских лоббистов Владимира Путина окончательно развязываются руки.

Без политического кризиса внутри Украины Кремлю открыто действовать опасно. Масштабное вторжение грозит дополнительными санкциями, в то время как федеральное правительство пытается удержать макроэкономические показатели перед выборами президента. Москве проще добить уже ослабленную Украину, используя Крым и ОРДЛО в качестве плацдармов.

Третий фактор, который может толкнуть Москву на удар с юга, – логистические проблемы Крыма. Полуостров страдает без воды из Днепра, хваленый «энергомост» не обеспечил нужды республики в полном объеме. Рост цен нельзя остановить без поставок продуктов и промышленных товаров с материковой Украины. Керченский мост – проект, отданный другу Путина Аркадию Ротенбергу, который после аннексии Крыма в числе первых оказался под санкциями. Целью строительства моста является «освоение денег», а не обеспечение полуострова. Даже если транспортный переход Керчь-Кубань построят, неизвестно, сколько он простоит. Без связи с украинским материком Крым обречен на стагнацию даже при условии щедрых трансфертов из федерального бюджета. Блокада полуострова бьет по имиджу Москвы. Нынешнее положение дел указывает, что команда Владимира Путина вообще не просчитала экономические риски, решившись на захват украинской территории.

Четвертый фактор – выборы президента в России. Очевидно, что Путин будет баллотироваться, а все разговоры о возможном преемнике или якобы желании кремлевского главаря «все обдумать» – политическое кокетство. Главная проблема, с которой столкнулась российская администрация, заключается в отсутствии внятной предвыборной повестки. Повышение уровня жизни, борьба с терроризмом, «усмирение Кавказа» и прочие тезисы прошлых лет утратили актуальность. Аннексия Крыма стала не только сиюминутным триумфом Владимира Путина, но и ловушкой легкого решения. Российская общественность, страдающая имперскими комплексами, требует продолжения. Можно долго спорить по поводу пресловутых 86% «путинского большинства». Но факт налицо: российское общество привыкло к громким телевизионным победам. «Маленькая победоносная» война с «хунтой» или «освобождение Украины» от неких мифических «бандеровцев» может стать эффектной приманкой.

Прежде Москву от широкого вторжения в Украину сдерживали многочисленные «хитрые планы» и надежда на смену власти в Вашингтоне.

Победа Дональда Трампа не принесла Путину никаких дивидендов. Напротив, велик риск того, что новые власти США всерьез потребуют убраться из Крыма или, как минимум, провести демилитаризацию полуострова. По Украине у Путина вообще не осталось хороших ходов. В такой ситуации Москва, как правило, идет на обострение, пытаясь навязать новую переговорную повестку. Удар со стороны полуострова – весьма рискованная операция, но украинское общество обязано учитывать любые сценарии. Война против Украины, начатая с аннексии Крыма, не может завершиться «компромиссом» с захватчиками. В Кремле такое поведение точно воспримут как слабость и приглашение к дальнейшей агрессии.