Три года позора, еще и Крым придется возвращать

Евгений Киселев

Журналист

В минувшее воскресенье коллеги попросили меня прокомментировать в программе «Ганапольское» третью годовщину присоединения Крыма — как принято называть на путинском «новоязе» аннексию полуострова, входившего в международно признанные границы Украины. Признанные в том числе и двусторонними договорами и соглашениями между Москвой и Киевом.

Честно говоря, мне было трудно сказать что-то новое на эту тему.

Я могу только повторить то, что говорил уже неоднократно – и на этом сайте, и в других СМИ, и в публичных выступлениях. Я прекрасно понимаю, что иду против течения российского идеологического «мейнстрима» — в том числе и оппозиционного. Ведь не секрет, что многие лидеры российской оппозиции предпочитают не занимать четкой позиции в отношении аннексии Крыма… Но делаю, что должно – и будь что будет.

Можно праздновать годовщины «присоединения» Крыма до посинения, до хрипоты, до потери пульса, до драки, до тяжелой стадии опьянения и последующего столь же тяжелого похмелья – это ничего не изменит.

Ведь на самом деле все предельно ясно и просто. Крым был отторгнут, украден, присвоен – это была тайная войсковая операция, которой лично руководил президент России – он сам спустя какое-то время в этом публично признался. Операция, неуклюже прикрытая наспех, на живую нитку сшитым «референдумом».

Никто в мире аннексию Крыма не признал. За аннексию Крыма против России введены международные санкции, отменять которые никто не собирается — несмотря на бодряческие прогнозы прокремлевских горе-аналитиков, периодически предрекающих, что отмена санкций вот-вот произойдет.

Ага, произойдет, держи карман шире.

Как в случае с Трампом. Уж как на Трампа-то надеялись: он–то санкции отменит! Но новый президент США возьми да заяви, что Крым был незаконно аннексирован и должен быть возвращен Украине.

Россия, конечно, больна. Во всяком случае, мне это отчетливо видится из моего киевского далека.

Как можно сделать праздником дату международного преступления? Устраивать торжества и концерты?

Как можно гордиться тем, что осуждает весь мир?

Как можно хотя бы на секунду не задуматься над тем, что в результате всего случившегося крымскотатарский народ – один из репрессированных Сталиным народов — вернулся, по сути, к прежнему униженному и оскорбленному положению? Что, по сути, в полном объеме реанимирована одна из самых позорных, постыдных страниц в истории отечественной национальной политики?

Как можно не видеть очевидного: от «присоединения» Крыма жизнь простого российского обывателя не стала лучше ни на йоту?

Как могут люди в здравом уме радоваться тому, что твое правительство в мире воспринимают как международного хулигана, который еще куражится, нагло врет всем в глаза – мол, я тут ни при чем, меня тут не стояло, нас там нет и т.д., и т.п.?

Событие, которое преподносилось путинской пропагандой чуть ли не как новая точка отсчета на пути возрождения России как великой державы, думаю, на самом деле рано или поздно будет восприниматься как отправной пункт в истории деградации путинского режима. Процесс этот будет, скорее всего, долгим. Но рано или поздно путинского режима не станет.

По какому сценарию это произойдет – сегодня едва ли кто-то сможет описать. Но случится это неизбежно – и не исключено, к сожалению, что произойдет это по гораздо более жесткому и кровавому сценарию, нежели тот, по которому случилось падение коммунистического режима в СССР.

А Крым – его придется возвращать. Как пришлось вернуть независимость Латвии, Литве и Эстонии через 50 с лишним лет после того, как Советский Союз совершил акт аннексии трех балтийских государств – акт, который никогда не был признан теми же самыми Соединенными Штатами. Это тоже будет, возможно, очень тяжелый и болезненный процесс. Но пойдет он неизбежно — помяните мое слово.