Вторая значимая промежуточная победа Украины и проигрыш России

Олеся Яхно, политолог

Первые полгода 2017-го были крайне важны для Украины, с точки зрения внешнеполитической конъюнктуры. Речь идёт о формировании политики администрации Дональда Трампа по ряду направлений, в том числе по вопросу агрессии России против Украины. А также об итогах выборов в очень важных для Украины странах ЕС: Нидерландах (с точки зрения разрешения проблемы референдума по ассоциации Украины с ЕС, прошедшего в апреле 2016 года), Франции и Германии (как стран-участниц Нормандского формата и стран, в целом влияющих на позицию ЕС в вопросе санкций против РФ).

В итоге, можем констатировать, что так называемые «друзья Путина» в Европе проиграли. А с США Украине, несмотря на низкий старт отношений с администрацией Трампа еще полгода назад, удалось выстроить стратегическое и оборонное сотрудничество.

Запад сегодня един с Украиной не только в формулировках по отношению к российской агрессии, но и в действиях, способствующим деоккупации Россией украинских территорий. Это и новый закон США о санкциях против России, Ирана, Северной Корее. Это и перспектива реального предоставления Украине летального оборонного оружия. Это и поддержка украинского видения, а не российского, миротворческой миссии ООН на оккупированном Донбассе. По Крыму также есть общая позиция – аннексия полуострова никогда не будет признана Западом, и никакие обмены вопроса Крыма на какой-либо другой не приемлемы. Это и активное сотрудничество в военно-технической сфере (уровень сотрудничества НАТО с Украиной как страной-не членом Альянса, пожалуй, наиболее высокий, по сравнению с другими сстранами). Наконец, есть общее понимание необходимости реформирования СБ ООН. Россия как правопродолжательница СССР по СБ ООН, по идее, должна была выполнять, как и другие постоянные члены, позицию тех, кто противодействует и противостоит агрессивной политике.

А по факту оказалось, что РФ работает на войну, блокируя при этом любые решения по Украине, по Сирии, по расследованию сбившего боинга MH 17, думается, что в перспективе и по КНДР. Тем самым, Россия сводит свою роль не просто к деструктивной, а фактически перешла от статуса победителя над агрессией в ХХ столетии к статусу продолжателя агрессии в ХХІ столетии (в случае с Украиной).

Второе полугодие 2017-го показало, как Украина, приложив усилия, смогла трансформировать благоприятно складывающуюся внешнюю конъюнктуру в свою пользу. Многие критиковали первую встречу Петра Порошенко и Дональда Трампа. В то же время, после этой встречи (как части работы украинской власти по выстраиванию стратегического партнерства с США) состоялся визит в Киев министра обороны Джеймса Мэттиса. Спецпредставитель США по Украине Курт Волкер довольно четко и недвузначно сформулировал американскую позицию в вопросе российской агрессии. Сенат США, как мы знаем, одобрил проект бюджета на 2018 год, в котором предполагается выделить 500 млн.дол. для поддержки Украины в сфере безопасности и оборонной сферах.

По итогам второй встречи Порошенко и Трампа уже есть заявление о том, что США поддержат украинский вариант миротворческой миссии ООН на Донбассе. Думаю, дальше мы услишим и определенную конкретику во вопросу возможного предоставления Украине летального оборонного оружия.

Что касается выступлений президента Украины на саммите СБ ООН и на дебатах 72-ой Геассамблеи ООН, то прозвучл весь спектр вопросов, связанных с военной агрессией РФ, в том числе тема Крыма и незаконно удерживаемых украинских граждан в России и ОРДЛО. А предложение технической оценочной миссии на Донбассе (шаг, предшествующий принятию решения об отправке миротворцев) говорит о том, что Украина понимает всю поэтапность, пошаговость достижения решения по миротворцам на Донбассе. Здесь для Украины было важно показать, что без расширенного мандата миссии ООН реального прекращения войны и демилитаризации ОРДЛО невозможно достичь.

Не менее важно и то, что в рамках Генассамблеи ООН состоялись ряд встреч Порошенко с европейскими политиками и чиновниками. В частности, с президентами Польши, Словакии, Болгарии, Австрии, Финляндии, а также с еврочиновниками. Часть этих встреч имеет значение с точки зрения предстоящего саммита Восточного партнерства, который состоится в ноябре. Отдельно, о чем я уже упомянула выше, обсуждался вопрос деоккупации Крыма (в состав украинской делегации был включен Мустафа Джемилев).

Первая значимая промежуточная победа Украины, если говорить о международной поддержке, это не только продление санкций, но и перелом на каком-то этапе в понимании Запада того, что никакие политические изменения невозможны без реальной демилитариции оккупированных территорий. Этот перелом произошел в 2016 году, когда от Украины перестали требовать политических изменений и отошли от возможного варианта поэтапного снятия санкций с РФ, а сакцентировали внимание на вопросе безопасности. Это связано в том числе с вмешательством РФ в избирательные кампании на Западе.

Такой подход, по сути, лишил Россию всякого смысла продолжать военный шантаж Украины (разве что на зло и во зло Украине) – просто потому что он не переводим в гео/политическую победу.

Вторая значимая промежуточная победа Украины произошла/происходит сейчас, когда стало понятно, что никто не будет торговаться с Россией, меняя уступки в одном конфликте на преимущества в другом. А также, когда логика на «сохранение лица» и логика «не раздражать агресора» сменились более жесткими мерами реагирования на агрессивную политику российской власти. К которым можно отнести такой важнейший промежуточный результат, как начало реального обсуждения миротворческой миссии на Донбассе, согласно украинского видения (миротворцы на всей оккупированной территории, включая украинско-российскую границу, а также неприемлемость российских представителей в составе миссии). Кремлю не удалось провернуть очередные «гибридные предложения»:

1. «Впарить» вариант «миротворческая миссия ООН для наблюдателей ОБСЕ» (что, согласитесь, бред);
2. Попытаться найти срединный вариант между украинским и российским предложениями (Украина уже отмечала фейковость новости в рос СМИ, что украинская сторона якобы уже внесла резолюцию по миротворцам, хотя речь на самом деле идет пока об инициативах, озвученных еще в 2015 году).

Кремль все время повышал ставки, рассчитывая, видимо, что вот-вот созреет ситуация для большого пакта. А оказалось, что время возможностей добиваться желаемого через ультиматум и шантаж для России заканчивается. Для нас же очень важно две эти значимые промежуточные победы продолжить на уровне принятия важных внутриполитических решений и дальнейшей внешнеполитической активности (имею в виду принятие закона о деоккупации/реинтеграции ОРДЛО, а также международные суды). Как минимум – продолжить на уровне ответственной позиции политиков, когда вопросы безопасности не должны быть темой для политических спекуляций и пиара.